Когда магия покидает мир

Одна пожилая, другая чуть помладше, а третья – ещё почти девочка, они держались лишь друг друга, говорили только между собой и даже отказались от ужина за общим столом на расстеленной на земляном полу попоне, сославшись на обет.

Оказался тут и студент-школяр, поджарый парнишка с болезненно-бледным лицом и чахоточно сверкающими быстрыми глазами. Он сильно продрог в своей мокрой насквозь одежке, но не решался подобраться поближе к костерку, так и сидел у стенки на своих перевязанных крест-накрест пожитках, из которых единственную ценность представляла учёная книга.

Немногим лучше студента выглядел ещё один постоялец, солдат королевской армии, отпущенный домой по причине тяжёлого ранения. Он почти непрерывно кашлял, ругая свои пробитые лёгкие, прятал скрещенные руки под мышками и смотрел на всех исподлобья недружелюбным настороженным взглядом.

Ни боевого, ни житейского опыта за короткий срок службы он так и не набрался, поэтому ранец его был худ, карман пуст, а разваливающиеся прямо на ногах сапоги подвязаны обрывками бечёвки.

Белобородый старик с длинными седыми волосами кутался в тёплый толстый плащ. Он не был похож на нищего, одежда на нём выглядела опрятно и ухоженно, а сам старик, если приглядеться к его движениям, не был таким уж дряхлым, каким мог показаться при первом взгляде.

Он уступил своё место у костра замёрзшему вконец студенту и, опираясь на посох с затейливо вырезанным навершием, вышел на улицу проверить погоду и купить у хозяина ещё вина и хлеба.

Случайным во всей этой разношерстной компании выглядел гвардейский кавалерист. Разбитной весельчак, любитель компании, хорошей выпивки и доступных девчонок, он ещё до ночи проигрался в пух и прах, проиграл и лошадь свою и шитую золотом портупею; с седлом на плече перебрался сюда, ругая в голос какого-то пронырливого жулика, с громким треском ломал бочонок из-под вина, а туго изогнутыми полосками ароматного дерева топил свой костерок.

Старик пробыл в трактире совсем недолго, вернулся с пустыми руками, но зато привёл с собой женщину-нищенку. Подобрал на улице ещё одну бездомную, голодную и больную, подумали все. Кто с возмущением, кто с недовольством встретил новую постоялицу, кто с равнодушием, а кто и с интересом.