Шедевры немецких классиков

И наследство, и пожитки -

Всё оставил и был прав,

Заменили мне убытки

Посох и весёлый нрав.

Мне надежда дала силу,

Вера двигала вперёд,

«Странствуй» мне она твердила,

Путь – дорога на восход.

И однажды, днём чудесным

Подойдёшь к златым вратам,

В них войдёшь тогда небесным

Всё земное станет Там.»

Всюду – бодрый, и разбитый

Я на месте не стоял.

Шёл, но оставалось скрытым

То, что я найти мечтал

Не давали горы ходу,

Брод в реке бывал глубок,

Находил меж скал проходы,

Строил мост через поток.

Раз, пришёл к реке глубокой,

Что струилась на восток

И, себя вверяя року,

Смело бросился в поток.

Он понёс, ласкал волною,

Пока в море не попал.

Пусто было предо мною,

Ближе к цели я не стал.

Путь туда, увы, не знаем,

Никогда и высь небес

Не коснётся земли краем,

То что, Там, не будет здесь.

Der Piligrim

Noch in meines Lebens Lenze

War ich, und ich wandert’ aus,

Und der Jugend frohe Taenze

Liess ich in des Vaters Haus.

All mein Erbteil, meine Habe,

Warf ich froehlich glauben hin,

Und am leichten Pilgerstabe

Zog ich fort mit Kindersinn.

Denn mich trieb ein maechtig Hoffen

Und ein dunkles Glaubenswort,

„Wandle,“ rief’s, „der Weg ist offen,

Immer nach dem Aufgang fort.

„Bis zu einer goldnen Pforten

Du gelangst, da gehst du ein,

Denn das Irdische wird dorten

Himmlisch, unvergaenglich sein.

Abend ward’s und wurde Morgen,

Nimmer, nimmer stand ich still,

Aber immer blieb’s verborgen,

Was ich suche, was ich will.

Berge lagen mir im Wege,

Stroeme hemmten meinen Fuss,

Ueber Schluende baut ich Stege,

Bruecken durch den wilden Fluss.

Und zu eines Stroms Gestaden

Kam ich, der nach Morgen floss;

Froh vertrauend seinem Faden,

Warf ich mich in seinen Schoss.

Hin zu einem grossen Meere

Trieb mich seiner Wellen Spiel;

Vor mir liegt’s in weiter Leere,

Naeher bin ich nicht dem Ziel.

Ach, kein Weg will dahin fuehren,

Ach, der Himmel ueber mir

Will die Erde nicht beruehren,

Und das Dort ist niemals hier!

***

Прошение

Беру перо, хочу писать,

Но порчу зря бумагу.

Где в опустевшем сердце взять

Для дум и чувств отвагу?

Не влить замёрзшею рукой

В стихи тепла и света,

Не любящий мазни такой,

О, Феб, согрей поэта.