Костры

Я больше не смотрю под ноги, ведь фантики – это всего лишь фантики.

А завтра она научит меня делать из них деньги.

3

Она ушла.

Она сказала, что я навожу на неё тоску, и ей со мной скучно, и что я пугаю её, а до этого весело смеялась. Но вдруг умолкла и сказала: "Спасибо, что проводил".

И я остался у подъезда.

Нужно было сделать это самому, но они всегда опережают меня. Я расслабился и вновь поверил в чудо, хотя столько раз уже обещал себе ни во что больше не верить.

И в первую очередь женщинам.

И вот я иду, и ничто не клонит меня к земле, и плечи мои свободны.

Я присаживаюсь на скамейку, но тут же встаю, чтобы проверить задний карман джинсов – нет ли там денег, ведь на фантики пиво мне не продадут. И тогда замечаю, что на скамейке кто-то сидит.

– Здравствуйте,– говорю я.

Сидящий на скамейке человек молча кивает мне.

Я продолжаю поиски. Денег нет.

Но зато ещё есть сигареты. Я могу, наконец, закурить, ведь эта девушка, которой так не нравилось, когда я курил, ушла и, наверное, больше не вернётся.

Сейчас она ляжет в свою постель, а за стеной её комнаты будут спать её родители, и больше она не вспомнит обо мне.

Как это столько уже раз было, и я столько уже раз обещал себе не начинать всё сначала…

– Напрасно,– говорит человек, сидящий рядом со мной на скамейке.

– Что?– вздрогнув, говорю я.

– Она ещё не весь мир,– говорит он.

– Это я знаю,– отвечаю ему я.– Но от этого не веселее. Остальной мир ещё хуже.

– Это зависит от того, что вы от него ожидаете.

– Скоро начнёт светать. И будет рассвет.

– Да. Летом ночи недолги.

– Слишком поздно, чтобы начинать дискуссию. Давайте лучше покурим.

– Спасибо, я не курю.

Я смотрю на него с неприязнью.

– И вы тоже?

– Что?– говорит он.

– Так озабочены своим здоровьем, что боитесь закурить сигарету?

– Нет,– говорит он.– А впрочем, едва ли я смогу доказать вам обратное.

Я усмехаюсь.

– И напрасно,– говорит он.– Напрасно вы усмехаетесь. Между прочим, если бы сейчас был день, вы бы заметили, что я намного старше вас…

– Я слышу это и по голосу.

– Но это ещё не всё.

– А мне всё равно,– говорю я.– Едва ли вы сможете сказать мне что-то, что поможет мне смириться со всей той мерзостью, что творится в этом мире, и с тем, что творится вокруг.

– И с тем, что от вас ушла ещё одна девушка?

– Та, что устроит мне сцену, когда я вернусь домой, ничем не хуже каждой из них.

– Пожалуй,– соглашается он.