Попутчица

– Маша, а может, ты хочешь съездить туда?

– Куда?

– Ну, в Лукьяновку, раз уж вы, считай что подружились с Людмилой.

Мария улыбнулась, поцеловала мать. – Нет, мама, чего-то не хочется. Пока не хочется. Может, и съезжу когда-нибудь. А Людмиле я открытку к празднику отправлю. Может, какой раз в городе и встретимся, сестра все-таки. А ехать туда ни к чему мне, да и некогда мне, смотри, вон Санька мой с ребятишками возится, ими и живу.

– Ну, твое дело дочка, а я возражать не стану, как душа пожелает, так и будет.

Варвара начала накрывать на стол, а в мыслях вдруг мелькнут воспоминания, малинник, медведь, а потом все хорошее, что было с Тимофеем… а больше она ничего и никого не хотела вспоминать. «Такая судьба, – подумала Варвара, – грех жаловаться, хорошая судьба мне выпала», – и она присела на стул, и долго смотрела, как играют внуки, и смеялась вместе с ними и радовалась.

– А мы ждем, думали вы все к нам придете, – Николай Константинович, постаревший, но все такой же внимательный, вошел в дом, – так и знал, что Варя у вас.

– Можно, папа Коля, – она улыбнулась, – ну вот почти все в сборе, Ваньки не хватает, скорей бы приехал.

– Сессия у него, дело ответственное, – Николай Константинович сразу приосанился, заметно было, что гордится сыном.

Иван был младшим сыном Николая и Вари, пошел по стопам отца и оканчивал мединститут. А его старший сын Володя, от первого брака, стал инженером-технологом, хотя все прочили ему профессию врача.

Сели за стол. Маша останавливала взгляд на матери, пытаясь понять, расстроили ее воспоминания или нет. И не заметила на лице и тени прошлого, Варя давно жила настоящим и будущим своих детей. И гордилась ими. И мужем гордилась, человеком, которого уважал весь район. Наверное, это хорошо, когда можно гордиться самыми близкими. И любить их всем сердцем, так же как они любят Варю.

Бродяга

Никто не видел, на чем он приехал. Автобус давно прошел, да и попуток под вечер стало меньше.

Майская слякоть больше походила на осень с холодным ветром. Может поэтому чужак был так странно одет: брезентовый плащ с капюшоном, длинный и балахонистый, кирзовые сапоги, за плечами рюкзак. Кепка на волосах с проседью. Небольшая борода придавала еще большей загадочности – никто в деревне так не ходил, разве что мужики на рыбалку отправлялись в брезентухе.