Принц Илиар

Илиар подал команду, и все вскочили на лошадей. Затрубили фанфары, и кортеж под дробь барабанов покинул пределы дворца. Впереди ехал принц, чуть в отдалении баронет, гордо державший расшитый золотом королевский штандарт, а затем следовали рыцари, посланники из граждан и арьергард слуг, ведущих вьючных лошадей, груженных необходимым скарбом, оружием и подарками королевскому дому Девона.

Покинув Милаццо, отряд, перестав соблюдать строй и сбившись кучей, легкой рысью двигался по широкому Баргульскому тракту, названному так в честь девонского короля Баргула, после минувшей войны предложившего соединить дорогой две столицы.

Этот путь являлся почти прямым и основным между Милаццо и Беуром. И если бы не возникли непредвиденные обстоятельства, принц дней через десять мог быть у цели.

Ехать было приятно. Путники с удовольствием подставляли лица прохладному ветерку, солнце их легонько пригревало, а вид радовал зеленеющими полями, чередующимися с тенистыми рощами. Невольно расслабившись, путешественники растянулись по дороге, сбившись в несколько групп, сходным по духу и интересам.

Принц о чем-то бездумно болтал с Дартом, не являющиеся рыцарями трона воины говорили между собой, горожане судачили о сделках и ценах, а псевдослуги вспоминали гарнизонные забавы. Мимо них двигались в сторону столицы то конные, то пешие, то повозки или целые торговые обозы Агора и Девона. Останавливаясь по пути перекусить или переночевать, путники неизменно встречали приветливый и радушный прием местных жителей, так что в его агорийской части путешествие казалось каникулами.

Первым, что выбилось из привычной идиллии, стал обгоревший и еще дымившийся алтарь Создателей неподалеку от деревни Гирха. Агорийцы не были чересчур набожны, но вот так взять и поджечь фигурки богов ни у одного не поднялась бы рука.

В самой же деревне принца со свитой приняли с обычным гостеприимством. Деревенский староста деловито распределил гостей на постой. Но на его лице то и дело мелькала тень озабоченности.

– Любезный, что тебя беспокоит? – спросил Илиар.

– Видите ли, ваше высочество, – тягуче заговорил тот, – я далеко не уверен, что это вам будет интересно, но… Мы давно мирно, по-соседски живем с деревней Клоша. До нее день пешего хода. Когда-то у нас с ними были несогласия. И мы, и они – крестьяне. Выращиваем одно и то же. Повезем на рынок, а там что у нас – пшеница, что у них – пшеница. Покупателю-то все равно, не станет он ради справедливости покупать половину у нас, половину у них.