Принц Илиар

Может, вы разбили сердце какой-нибудь фрейлине, и она хочет отомстить? Может, какой-то не в меру честолюбивый рыцарь хочет избавиться от претендента на престол и занять его место? Другими словами, может, весь этот балаган – наша внутренняя проблема, а Девон здесь не при чем?

Вопрос ввергнул принца в раздумье.

– Ну, если в Агора кто-то хочет стать вместо меня королем, я первый пожму ему руку. Но если просто иметь в виду мои взаимоотношения с рыцарями, то есть те, которые меня любят, а есть те, которые нет, и это нормально.

Открыто проявляемой вражды я не замечал. Впрочем, надо быть дураком, чтобы её проявлять. Что касается фрейлин и других очаровательных созданий, то ничего о разбитых сердцах я не слышал. Это скорее по части Дарта.

– А Лирит? – внимательно глядя на принца, спросил барон. – Она, кажется, за вами бегает. Может, вы ее случайно, невзначай обидели?

– Лирит? Бегает за мной? – удивившись, переспросил Илиар. – Это для меня новость. Скажу более, приятная новость. Да мы с ней просто хорошие друзья, допускающие толику легкого флирта.

– Ну-ну, ваше высочество. Надеюсь, что вы не ошибаетесь.

…Шло время. Из поместья вернулся кипящий от гнева виконт Ристау и попросил аудиенции у короля. Обычно спокойный и уравновешенный, он в этот раз очень эмоционально поведал Кригу, как стал жертвой интриги. Как некто с помощью подложного письма о болезни матери удалил его на время из дворца.

Его величество, как мог, успокоил виконта и пообещал разобраться. И вызвал Помпфа. Тому ничего не оставалось, как рассказать правду.

Вопрос заключался теперь в том, посвящать Ристау в нее или нет. В конце концов, король решил, что не стоит. Вряд ли улучшились бы отношения в Совете, если бы рыцарь узнал о подозрении в шпионаже и затаил обиду на барона. А гнев его постепенно и так остынет.

Приближалось время отъезда в Девон, чему искренне радовались принц и Дарт, уставшие от скуки во дворце. Помпф ходил пасмурный. Расследование зашло в тупик, и после трюка с манекеном лазутчик наверняка затаился и не высунет носа.

Другой советник по безопасности, герцог Акрел, казалось, вообще отстранился от дел и часами сидел в королевском архиве.

Наконец наступил долгожданный день. Принц получил последние наставления от отца, а Дарт от Помпфа. Их женатые спутники прощались со своими половинами, которые, отворачиваясь, утирали слезы, а неженатые с подругами. Пришла и Лирит и, закрепив Илиару в петлице букетик белых ликоний, шепнула: «Берегите себя, принц».