Скиталец: Страшные сказки

Схватив Морена за босые щиколотки – пальцы её оказались ледяными, – она без усилий затащила его в соседнюю комнату. Здесь было куда темнее, а трупный запах стоял такой силы, что глаза начинали слезиться. Прислонив Скитальца к стене, держась только за ткань плаща, Яга обмотала верёвками его руки и ноги.

Когда она зашагала прочь, у дверей раздался шорох ткани и всхлип. Яга остановилась, шумно втянула носом воздух и воскликнула:

– Фью-у-у! Да ты кровишь, как женщина! – её голос дрожал от отвращения. – Мясо попортила!

Всхлип раздался снова, перетёк в рыдания.

Яга какое-то время молчала, а потом произнесла в раздумьях:

– Может, оно и к лучшему. Коль они отправили его ко мне, пора напомнить местным, кто их бог. А запасов мне хватит…

Дверь захлопнулась, забрав последние остатки света. С обратной стороны послышался скрежет засова, и Морен открыл глаза.

Он оказался в просторной, но абсолютно пустой и тёмной комнате. Окна под потолком закрывали плотные ставни – с их помощью защищали тела от ворон, – и воздух ощущался удушливо затхлым.

Ни мебели, ни вещей не нашлось, только свёрнутые мотки верёвок, разбросанные по углам. А напротив него, у самой двери, на полу сидела девочка. Руки и ноги её были связаны, она прижимала колени к груди и вздрагивала от бесшумных рыданий. Когда Морен взглянул на неё, она вскрикнула от ужаса и вжалась в стену.

– Не бойся, – не слишком громко, но достаточно, чтобы его услышали, заговорил он с ней. – Ты ведь Мала, верно? Я пришёл за тобой.

– Вы чудище? – спросила она.

 – Нечистый? У вас глаза светятся. Откуда вы знаете меня?

– Я не чудище. Меня называют Скитальцем. Слышала обо мне?

Она медленно кивнула.

– Моя работа – убивать чудовищ. Твоя мама попросила найти тебя, вернуть домой и убить чудище, что держит тебя здесь.

Успокоившись было, Мала снова начала рыдать.

– Почему она так поступает? Она всегда была хорошей!

Морен широко распахнул глаза, на мгновение потерявшись от столь резкой перемены. Девочка впадала в истерику, и его холодом сковывал страх, что их могут услышать.

– Тише!

– Неужели она считает меня плохой?

– Мала, тише.

– Что плохого я сделала?!

– Пожалуйста, тише!

Ему пришлось повысить голос, но это подействовало – Мала продолжила глотать слёзы, но уже молча. Морен прислушался. Шкура, что висела в «гостевой» Бабушки Яги, не только прятала от глаз ещё одну комнату, но и поглощала звуки – вот почему он не услышал девочку, что всё это время сидела здесь.