Игры настоящих мужчин. Юмористические рассказы

И достает из одной коробки  початую бутылку «Старого замка», а из второй несколько шоколадок «Аленка».

– Ах, как экзотично, – шепчет  девица и влюблено смотрит на Саню.

Потом они делают по нескольку глотков из горлышка, жуют шоколад и целуются.

– Ну что, давай? – тяжело дышит кок в пунцовое ушко.

– Давай, –  нежно мурлычет Ира и лезет рукой ему в штаны.

..аршему  .атросу   ..рамову  ..рибыть в  ....альный! –  неразборчиво доносится снаружи.

– А? Чего? – отлипает от девицы Саня и непонимающе пялится  в подволок.

– Старшему матросу Абрамову прибить в центральный! Кок, твою мать!!!  – через минуту более явственно разносится по громкоговорящей связи.

-У-у-у, курвы! –  едва не плача вопит   Саня  и  бросается к выходу.  –  Ирочка, я щас! – оборачивается он к подруге, потом чмокает дверь, и слышно как в замке проворачивается ключ.

– Ты где, билат, лазиш, а?! – встречает кока в центральном разъяренный вахтенный офицер,  грузин по национальности.   – Бигом в кают-кампанию, к камандыру!

– Есть! – вякает  Саня и  чертом прыгает в люк.

В офицерской кают-компании, вольготно устроившись в креслах,  за столом сидят командир с незнакомым адмиралом  и пьют чай с   сушками.

– Прошу разрешения, – осторожно просовывает голову в дверь кок.

– Давай – давай, Абрамов, заходи, – благодушно гудит  командир.  – Расскажи-ка нам,  как ты завариваешь такой  вкусный чай, –  и кивает на подстаканник.

– Чай? –  таращится  на адмирала Саня и непроизвольно сглатывает слюну.

– Ну да,  – значительно отвечает тот  и утирает    платком  выступившую на лбу испарину.

В  течение нескольких минут  Саня на автомате излагает  рецепт и методику приготовления своего напитка, а затем вытягивается  и тупо пялится на начальство.

– Молодца, –  цокает языком адмирал. – Порадовал. А почему он у тебя только старший матрос, а?  – вопросительно косится на командира.

– Понял, Лев Алексеевич – с готовностью отвечает тот.

– А теперь садись  старшина, с нами, – кивает адмирал на свободное кресло. Вестовой, еще прибор и чаю!

Примерно через час, обласканного Саню отпускают, и он, все еще не веря, что пил чай с  адмиралом и теперь старшина, в прострации лезет наверх, подышать свежим воздухом.

– Сань, ты чего? – спрашивает его один из дымящих у обреза   на пирсе  моряков.

– Дай, – протягивает   руку кок и  жадно сосет сигаретный бычок.