Соль и пламя. Леди теней

Трауш остро ощущал вонь, исходящую от полумертвого тела.

В следующей клетке бился о прутья ребенок, молящий выпустить его.

– Я больше не буду убегать! – на ломаном диалекте вопил он. – Пожалуйста, выпустите! Я сделаю все!

Его никто не слышал.

А в третьей клетке… Трауш удивленно остановился. В третьей клетке, подогнув колени к груди, лежало нагое женское тело. Загорелая спина кровоточила свежими ранами от кнута. Правая рука была неестественно выгнута. В темных, что смоль, волосах запеклась кровь.

Беглянка по имени Сиена не спаслась…

Трауш сморгнул. Все разумное в нем умоляло поскорее принять долгожданную ванну. Но он развернулся и поплелся обратно к градоправителю, шатаясь сильнее прежнего. И вместе с ним вернулся к клетке с молодой рабыней.

– Двадцатой я заберу ее. – Кивнул на окровавленное тело.

Измаил покосился на лорда как на умалишенного, но спорить – не будь дурак – не стал.

– Я прикажу отпереть клетку.

На том и порешили. Тем же вечером Трауш послал телепатический сигнал в Пограничье, прося выехать двадцатку выбранных для обмена, а также трех лекарей и нескольких воинов для защиты делегации.

Умирающую рабыню было негде оставить, кроме как принести в свою комнату и вызвать ей местного целителя. Когда Мари увидела полумертвое существо, наконец-то потерявшее сознание, она непонимающе вытаращилась.

– Это что такое?

– Пока не знаю, – не стал врать Трауш, – но чутье подсказало мне выбрать именно ее.

– Твое чутье сдает, Шу. В наши земли мы доставим дурно пахнущий труп, – предрекла Мари, уже выходя. Весь ее вид выражал крайнюю степень непонимания.

– Посмотрим, – ухмыльнулся Трауш, оглядываясь на сомнительное приобретение.

«Крепись, найденыш, – подумал он. – Твое дело маленькое – выжить».

Словно почувствовав мысли лорда, женщина еле слышно застонала.

Глава 2

Красивее дома было не сыскать на всей улице Роз. Белокаменный и украшенный лепниной, балконы второго этажа подпирали тончайшие колонны, вход охраняли две львиные статуи. В неестественно зеленом саду росли диковинные растения из самых разных уголков мира. В детстве больше всего я любила яблони, те, что раскинули свои ветви на заднем дворе и касались листвой окон моей спальни.