Щит Зогры

Укоризненно покачала головой, но Миро совершенно не чувствовал себя виноватым. Порадовался только, что вслух она ничего не сказала. Спросил:

– Оставим себе? Этого до зимы хватит. Или с другими поделимся?

– Тебе решать.

И ни слова о вчерашнем от них обоих. Будто не произошло ничего особенного. Наверное, так лучше. Хотя бы на время.

– Значит, вечером соберемся у костра. Надеюсь, у Трухли еще есть в запасе нерассказанные истории.

Миро сказал это с напускным равнодушием, но достаточно громко, чтобы остальные могли услышать.

– Никуда отсюда не сдвинусь, не уговаривай, – проворчал он, услышав шуршание шагов в траве.

Шагов, которые узнал в то же мгновение. Они вовсе не принадлежали матери, пусть и были такими же легкими и почти бесшумными.

– Я вовсе не собиралась. – Нобара накинула ему на плечи плащ из медвежьей шкуры. Наверное, решила, что продрог. Он и правда мелко дрожал, но даже не замечал этого.

– А там что-то особенное случилось? – спросил Миро. Больше чтобы поддержать разговор, чем из настоящего любопытства, а Нобару даже такой интерес обрадовал. Она тут же оживилась, затараторила быстро-быстро:

– Меня похвалили, представь! Са Фиса же никогда меня не хвалила, даже когда я в поединке победила. А тут как я одна из всех смогла по мостику через Быстринку пройти – не мостику даже, от ивы стволу, тоненькому – так вот, она сказала, я молодец.

У Миро от этих слов все сжалось внутри. Только не Нобара. Пусть мать с Брахвесом берут с собой за горы Агдола, кого-нибудь из его дружков тоже, не жалко. Но только не ее. Ни за что.

«Ты не понимаешь, что это значит», – хотелось встряхнуть ее за плечи, рассказать все. Но нельзя. Он обещал молчать. Только тогда он тоже сможет пойти.

– Можно подумать, для тебя это что-то важное, – произнес Миро равнодушным тоном.

– Конечно важное, – выпалила Нобара. – Ты разве не рад за меня?

– А чему тут радоваться? Тебе-то зачем быть в лучших?

Нобара вытаращилась на него так, словно видела в первый раз.

– Не говори так… так… – в ее глазах блеснули слезинки, – как они. Мои родители. Ты же не думаешь тоже, что мое дело дом обустраивать да детишек растить.

– А разве они не правы?

Больно было на нее смотреть, но уж лучше так.