Я тебя (не) прощу

Появление Насти вызвало в нем дикую досаду от того, что она прервала то состояние задумчивости, в котором он пребывал. Но просто отмахнуться от нее он не мог. Поэтому коротко скомандовал:

– Пошли.

Они спустились по лестнице вниз и прошли к его машине, припаркованной неподалеку. Он сел за руль, пытаясь прогнать из головы непрошеные мысли о бывшей жене и сосредоточиться на запланированных на день делах, но это оказалось невозможно.

Встреча с Авророй всколыхнула в нем слишком много всего. В этой женщине заключались его самые больные и вместе с тем – самые дорогие воспоминания.

Он так отчаянно хотел о ней забыть… и одновременно этого боялся. Он метался в плену своих полярных чувств и не находил оттуда выхода.

А может, и не хотел его искать. Чем дальше, тем яснее ему становилось – годы шли, а чего-то важного он так и не обрел. Так и не сумел заменить…

Хотя и пытался.

Внезапная мысль заставила Арсения повернуться в сторону невесты и спросить – гораздо грубее, чем он того хотел:

– Крокусы? Серьезно?

Ее глаза мгновенно округлились, сделавшись такими испуганными, словно он не вопрос ей задал, а собирался как минимум убивать.

– Я… я… – забормотала она, так и не сказав ничего связного.

Черт! Как же его раздражала эта ее привычка мямлить и набивший оскомину образ испуганной лани! Хотя именно ее робость и скромность поначалу заставили его обратить на эту девушку внимание. Но сейчас он понимал – со всей пугающей ясностью – она совсем не Аврора.

В бывшей жене всегда был стержень.

Кто же мог подумать, что это потом обернется против него самого? Что наконечник ее стержня способен так смертельно ранить?

Столько лет прошло, а он все еще с этим не примирился. А теперь, когда Аврора намеревалась быть флористом на его свадьбе… вообще не представлял, чем способна завершиться эта ситуация для них всех.

Один взгляд на нее и все, что создавал годами – жалкие иллюзии и самообманы – рухнуло, обнажив истинную суть. И Настя, которую так старательно драпировал в своем воображении под желанный образ, выглядела теперь лишь неудачной подделкой. Бледным, жалким подобием.

Проклятье!

Он с досадой двинул кулаком по рулю и машина нервно засигналила в ответ, что наконец привело его хоть немного в чувство.