Про богатыря, силу и девицу, пусть и не красавицу

Но тут, присмотревшись, я к своей радости, увидела узкую тропинку, плутающую среди высокой травы прямо от места где я стояла. Никакой другой дороги не было, и я с уверенностью решила, что она та самая и есть, о которой говорила женщина.

– Вот она! – радостно выдохнула я с надеждой, и припустила побыстрее, прикинув, что часа через три-четыре здесь уже начнет темнеть.

– А особенно в лесу, – подумала я уже с некоторым страхом, прекрасно понимая, что если со слов женщины Гордеич лесник, то значит, что живет-то он точно в лесу.

– Вот ведь елки! – ругнула я себя за такую беспечность и что не подумала расспросить у случайной попутчицы все поподробнее. Но, казалось, дорожка сама вела меня куда надо, а ноги несли по ней все вперед и вперед.

Вот и обещанная женщиной деревушка неожиданно быстро промелькнула мимо. Дорожка же все так же, будто играючи, вела меня все дальше, заворачивая все круче и круче, что даже мои ноги стали побаливать от непривычной нагрузки. Но конца этой дорожки видно не было. Вдруг, как по волшебству у меня перед глазами вырос лес, а тропинка все вилась вперед дальше и дальше вглубь леса.

Я остановилась, предчувствуя, что все идет как-то неправильно. Было стойкое ощущение, что все идет слишком уж гладко, а потому вдвойне подозрительно. Но ноги, как чужие, опять понесли меня, как будто я была не в кроссовках, которые одела дома еще утром, а в сапогах-скороходах, не меньше.

И совсем не заметив, как это произошло, я вдруг поняла, что зашла уже в такой дремучий лес, что выбраться самостоятельно вряд ли смогу, от чего мне стало по-настоящему страшно.

– Надо бы повернуть обратно и найти дом на ночлег в деревне, – подумала я, судорожно оглядываясь по сторонам.

Но даже делая усилие, остановиться я почему-то не могла. Ноги независимо от моего желания, вели меня по этой пресловутой дорожке. И тут страх сковал сердце, что я заблужусь в этом лесу и сгину тут на веки вечные.

– А здесь и волки могут быть, – вздрогнула я только от одной этой мысли, еле переводя дыхание и стараясь подавить панику.

И вдруг прямо передо мной, среди чащи и сгущающих сумерек, показался за деревьями приземистый прочный домик из бревен, не очень большой, похожий на старую избу колдуна, как их рисуют в книжках, но при этом показавшийся мне почему-то уютным. Он был определенно старым, из темных бревен, поросших мхом, но из окошек так и лился мягкий свет, а дорожка вела именно туда.