Запретные дали. Том 1

Мысленно ругая свой длинный язык, а заодно и прощаясь с блаженным отдыхом, Себастьян вытаращился на озадаченного «синеглазого черта», прекрасно понимая, что сейчас должно произойти, но тут произошло очередное чудо. С услужливым видом Мартин прошествовал на выход и, одарив Себастьяна кротким кивком на прощание, закрыл за собой дверь.

По всей видимости Всемилостивый Господь все-таки не увидел в ночном прегрешении вины Себастьяна, раз ниспослал такую великую благодать.

Радости Себастьяна уж точно не было предела.

* * *

Спросонок же Себастьян долго пытался сообразить, почему лежит в задеревенелой позе на чем-то узком и неприятно жестком, а также, почему его преследует терпкий запах одеколона Мартина.

Ничего не понимая, Себастьян попытался встать с неудобного ложа и чуть не свалился на пол. От этого резкого маневра память моментально вернулась, принеся за собой мучительную головную боль.

Вокруг было темно и тихо, однако эта зловещая тишина тотчас же была нарушена противным скрипом отворяемой двери. В светлом дверном проеме появился до тошноты знакомый высокий растрепанный силуэт и сверкал нечеловеческими глазами, однако потрепанная элегантность «похоронного одеяния» претерпела некоторые изменения, а именно поверх белоснежной рубашки был надет лишь черный жилет.

– «Где это он свой похоронный пиджак потерял?» – невольно подумал Себастьян и тут же заметил, что укрыт поверх белой простыни тем самым «похоронным пиджаком».

С перепуганным отвращением скинул он с себя простынь с вонючим черным предметом. Оценил это действие ехидным смешком, Мартин по-кошачьи сощурил искрящиеся синие глаза и расплылся в лукавой улыбке.

– Добрый вечер, Себастьян, – нарочито-галантным тоном произнес он, кротко кивнув темной вихрастой головой, – кофе будешь?

– «Откуда в Плаклях кофе?!» – мелькнуло в голове у Себастьяна.

С нескрываемым удивлением посмотрел на «строгую врачебную интеллигенцию».

– Ну, как хочешь, – пожал плечами Мартин и нарочито смачно отхлебнул из крошечной чашечки, – мое дело предложить…

С этими словами, он исчез в дверном проеме, оставив озадаченного Себастьяна одного и в кромешной темноте.