Предел дозволенного

Сегодня он мечтал только об одном: прийти домой и побыстрее упасть в кровать. Пока чувство голода не накроет. Нет, Ларкетт не бедствовал и уже давно не голодал, но тащить домой еду не очень хотелось, в основном из-за Скотта, конечно.

Сводный брат, с которым Ноа приходилось жить, съедал все, что находил за один присест. Поужинал Ноа примерно час назад, в забегаловке на выезде из Саото-Гана. Значит, если удасться быстро уснуть, он протянет до утра без голодных спазмов в животе.

Проходя мимо дешевого мотеля, из которого на него не мигая смотрела неряшливого вида Майко Минус, Ноа задумался и оступился.

– Э-эй, – развел руками Ноа. – Да не трону я тебя, приятель! Иди, кушай свои объедки.

Год назад Ноа легко составил бы рыжему компанию, но не сейчас. Научившись сносно водить практически любое транспортное средство, он нечасто бывал на мели.

Решив проверить баланс на счете, Ноа достал из кармана телефон. Он не интегрировал операционку в свой мозг, как почти все вокруг. Почему – об этом Ларкетт предпочитал молчать. Компания, с которой он связался год назад, вынудила его вести двойную игру. А это означало никаких нейрочипов.

– Кто-то чаевые накинул? – удивился Ноа, глядя на подросший баланс за сегодняшний рабочий день. – Неплохо! Спасибо, приятель!

Однако удивление Ларкетта возросло до небес, когда он открыл список полетов за прошедшую смену.

“Стоун… Это она? Еще и высшую оценку поставила, надо же!” – остановившись в пятидесяти метрах от своего дома, Ноа невольно улыбнулся. Он вспомнил покрасневшие щеки этой девушки… симпатичная, хоть и стерва.

С легкой полуулыбкой Ноа добрел до темного закоулка. Вот и он, его дом. Лишь одинокий фонарь возле аптеки напротив освещал это место, тогда как старый муравейник (точнее, человейник) был погружен во мрак.

Очистители воздуха, кондиционеры, антенны и сплетение проводов превращали его фасад в тело огромного металлического спрута. Когда-то здесь жило много семей и по вечерам дом напоминал улей, однако пару лет назад человейник признали аварийным, и большинство семей расселили.

Ноа и Скотт остались, как и несколько других постояльцев. Семья нелегальных иммигрантов, продавцы дури, престарелый киборг – да уж, хорошая компания.