Один на один. Бессонница

Я не живу уже две с половиной тысячи лет, – кивнул Сумеречный Эльф.

– Мне кажется, я с рождения существую, а не живу, – пробормотал Евгений.

– Пора начать.

– Так теперь поздно! Я – вампир.

– Банально, – поддел собеседник. – И я не могу превратить тебя в человека.

– Почему? Ну почему? То самое невмешательство? – требовал разъяснений Евгений.

– Отчасти. Тебя укусил асур. А асуры соткались из пороков людей, – кивнул Сумеречный Эльф.

– И… что это меняет?

– То, что они проникают в твою душу. А менять извне человеческие души – великое злодеяние.

Это то правило, которое я никогда не нарушаю, – отчеканил собеседник, Страж Вселенной. – Можно сказать, мое личное правило.

– Ты хочешь сказать, что я должен как-то… поменять себя? Но как? – Евгений потряс головой.

– Инструкции здесь не помогут. Думай. Пока не стало слишком поздно.

– Да ты скажешь, что мне делать? Сущность ты там или не сущность… Страж Вселенной или Страж Помоек, что мне делать-то?! – вскричал Евгений, вскочив на ноги и швырнув подушку о стену.

Он взъерошил волосы и застыл, ожидая, что его испепелят на месте по щелчку пальцев. Возможно, он этого и хотел. Он ждал, когда же начнутся нравоучения и строгие нотации, а они все не начинались, и от этого Евгений сходил с ума. Никто не искал повода напомнить ему, что он в чем-то «не такой». Лишь путеводный ворон неизбежно вел запретными тропинками потустороннего мира. Но истина все не мерцала за краем болота.

– Жить, – спокойно на выдохе произнес Сумеречный Эльф.

 – Жизнь подразумевает смысл. Не существовать, а жить. Остальное ты додумаешь сам.

– Жить…

– Жить.

– Проклятье… – только бессильно вырвалось у Евгения.

– Пока мы все выжидаем, чтобы понять, кто стал вторым «ключом», – наконец объяснил положение сил собеседник.

– Я пешка, игрушечный солдатик, – прошептал Евгений, обращаясь к себе. Друг друга они уже не слышали, закрывшись каждый в своей раковине.

– Страж Помоек, – посмеивался Страж Вселенной, медленно растворяясь в воздухе.

 – Уж так меня никто еще не называл. Хотя был один парнишка, эльф-вампир. От него я тоже наслушался. Да… бедный парнишка… Еще один мир, еще одна судьба…

– Тварь! – прокричал Евгений, когда Сумеречный Эльф совсем растворился, а потом подобрал подушку и снова съежился в позе горгульи, для фона включив телевизор. Одиночество ползло из темных углов, сжимая тиски неопределенности.

Евгений остался в пустой комнате один на один с собой, со своей головой.