Аспиды добра

Глафира вынула шпильку, которой приколола край гиматия к волосам, и проделала дырку в пузыре, стараясь держать его под плащом. Мыло закапало на пол.

– О, снова ты! – удивился хозяин, появляясь из кладовой с закупоренной амфорой в руках. – Нашла египтянку?

– Нет. Мне показалось, будто сюда вошел знакомый: пожилой и хромой мужчина.

– Верно, вон он, в углу, – пропыхтел Рино, подтягивая к себе широкий кратер для смешивания напитков. – Эй, Эрос, к тебе пришли!

Вольноотпущенник поднялся с места. Его седые волосы были заплетены в мелкие косички, один глаз подернула мутная пленка, а лицо испещряли тонкие рубцы – внешность словно издевалась над его именем.

Кого-то менее подходящего на роль Эроса[26 - бог любви, помощник Афродиты] трудно сыскать. Он подозрительно посмотрел на Глафиру и сделал шаг вперед, тяжело ступая на левую ногу.

Амфора, которую держал в руках хозяин, имела конусное дно, и поставить ее вертикально не представлялось возможным. В тот момент, когда он попытался перелить вино, вольноотпущенник поскользнулся на мыльной дорожке и с воплем поехал вперед, оттолкнув кратер.

Рино споткнулся о сосуд и столкнулся лбом с Эросом. Амфора покатилась по полу. Глафира заорала и бухнулась на колени перед посланником, закатившим глаза. Причитая, она обшарила его пояс, нащупала папирус и незаметно сунула под плащ.

– Он без сознания! – возвестила девушка. – Лекаря!

Пьяные посетители, казалось, вообще не сообразили, что произошло. Кто-то тупо таращился, кто-то бессмысленно суетился.

Глафира выбежала из капелеи и помчалась к лошади.

– Погоди-ка, – обратился к ней стражник. – Это конь начальника полиции нома, ты его украла?

– Я племянница Согена, – она быстро протянула ему свиток с подписью дяди. – И очень спешу. Позови врача, в капелее двое раненых.

Мужчина, пробежав глазами текст, серьезно кивнул, и легко забросил девушку в седло. Она пришпорила Мааха пятками, уже не думая о том, удержится ли, если он перейдет в галоп. Сирийский скакун всхрапнул и ринулся вперед, не разбирая дороги.

– Стой! Не туда! – закричала Глафира, заметив, что они свернули с площади к жилым домам.

Попытка управлять поводьями или как-то успокоить животное ни к чему не привела. Люди на улице шарахались в стороны и посылали проклятия, никто не торопился на помощь. Какая-то женщина, высунувшаяся из окна, не придумала ничего лучше, как постучать скалкой о металлическое блюдо, чем усугубила положение – галоп стал еще безумнее.