Гора Семи пороков

Гора Семи пороков

Татьяна Андреевна Бердникова

Купить дом – это прекрасно! Купить дом с призраком… с трупом в подвале… Покупка начинает казаться все более удачной. Но призрак довольно дружелюбен, разве что просит о странных вещах. Да еще шифруется от каких-то темных тварей…Что же ждет нового хозяина старого дома? В какие переделки втянет его неожиданный полупрозрачный друг?

Татьяна Бердникова

Гора Семи пороков

Часть первая. Призрак по имени Алекс

The phantom of the opera is here… inside my mind!

Опера «Призрак оперы»

Он прозрел после смерти.

Он помнил, что произошло. Он не умер тогда – его убили, огрели несчастного слепого старика кочергой по затылку, чтобы не мешал грабить дом. Он упал и больше не поднимался.

Брать в его доме было нечего, но они все-таки нашли, чем поживиться и, набив мешки, лишь после этого обратили внимание на лежащего на ковре перед камином хозяина дома.

– Надо связать, чтобы… – начал один, но второй перебил его, небрежно пнув мертвое тело.

– Да он сдох! К черту, бросим здесь, он вроде одинокий – никто и не вспомнит.

– А если соседи заглянут и увидят? – первый, несколько более разумный, неодобрительно покачал головой, – Надо оттащить в подвал, пусть гниет там.

Подельник недовольно фыркнул – план ему не понравился.

– К черту, я не хочу трогать труп. Хочешь – тащи один, а нет – пусть тут и валяется! Пошли, – он мотнул головой в сторону выхода.

Собеседник его вздохнул и, покачав головой, сорвал с кресла старенький плед, набрасывая его на тело.

– Не в обиду, старик, нам тоже надо что-то есть. Идем.

Они ушли. Он продолжал стоять, глядя на собственное тело, глядя и не веря, что видит себя. Как он был жалок! Как он был стар, но он не чувствовал этого!..

Сейчас. Сейчас сам себе он казался юным, он был полон жизни и готов едва ли не свернуть горы. Он бы мог заново отстроить свой дом, он бы…

Он нахмурился. Теперь это все уже не имеет значения – тело мертво, а он не сумеет от него отойти.

Он шагнул вперед, поднимая голову и окидывая долгим взглядом высокий потолок, тяжелые портьеры на окнах, проеденные мышами и молью диваны – остатки былой роскоши, и, вздохнув, покачал головой.

Это значит, что он будет заперт в этом доме на века.