За что страдают боги

И это имя в силу остроумья,

Шуту с руки присвоили шутя –

От безнадёжности его безумья

И до способности шутить язвя.

III

Прыг-скок был карлик и калека

И принимая глупость человека,

Он знал всегда над кем смеяться

И на глазах у короля шутить,

Ему бы не пришлось его бояться

И смог бы эту кару пережить,

Но между той судьбой и жизнью,

Он силой в дар подарен королю.

IV

Проматывая верно жизни лад,

Король устроил людям маскарад

И в помощь для того устройства,

Конечно же призвали дар шута.

А он для страстного искусства,

Под хитрым замыслом глупца

Придумал странное ваяние,

В костюмах тонких сочетание.

V

«Над шуткой можно забавляться

И ради смеха тоже оскорбить,

Ну кто так любит посмеяться,

Порой всегда своим умом скорбит»

Шут короля, конечно ненавидит,

Но в силу всех шутов в неволе,

В них, насмехаясь только видят

Всего лишь развлеченья долю.

VI

Король шута обидел неприлежно,

Что тот зубами выдал скрежет,

В душе осадок злобой переполнен,

Не в меру дерзкой волею наполнен.

И шут всем выдал яркую потеху:

Придумал персонажи в маскарад,

Такую бросил тему в помощь смеху,

Что всем понравился его расклад.

VII

– Чтоб новый замысел имел успех

И окружающим навеять правду,

Добавить неожиданности жажду

Для достижения прославить смех,

Пусть будет восемь диких обезьян:

Сам король и семь его министров,

Всё представленье будет без изъяна,

В итоге вся награда для артистов.

VIII

Но никто не должен знать портрета

И истины, что скрыта в этой маске,

Когда откроется натура для ответа

То все в порыве радости и краски,

Увидят в чём исполнена картина

И шутку новую воспримут на ура,

Вот где зарыта странная причина

Вот этой смелой вольности игра.

IX

Дождавшись в празднике минуту

Вкатились разом, разгоняя смуту,

Обезьяны, у всех подняв тревогу

И возвышая наслаждения восторгу.

От страха непредвиденных причуд

Поверили, что эти твари озверели,

Все женщины лишились чувств,

А остальные в ужасе смотрели.