Ректор для попаданки

Эдмонд пробормотал себе под нос, словно пытаясь оправдаться перед самим собой: – Я не могу, ибо есть ещё некоторые невыясненные обстоятельства.

– Какие такие обстоятельства? – изумилась мадам.

– Распечатанная библиотека, и я намерен разобраться в этом до конца.

– И вообще, меня назвали хранителем! – гордо ответила я.

Матушка ректора приложила к глазам лорнет, который болтался на цепочке её платья, и очень внимательно осмотрела меня с ног до головы. Потом сказала сыну:

– Мальчик мой, ведь она не всерьёз, успокой меня!

– Матушка, я собираюсь во всём разобраться сегодня же, – заявил он, и я порадовалась за Эдмонда: всё же он умеет настоять на своём!

– Что ж, раз ты так упрямишься – а я даже понимаю, в чём тут дело, – выразительный взгляд на моё декольте, – я созову попечительский совет! – мстительным тоном заявила дама.

 – Думаю, что к вечеру члены совета смогут собраться в Академии, изволь обеспечить им достойный приём. А до этого времени, будь добр проследить, чтобы «это» не бегало по коридорам. Используй портал, неужели ты даже на такую малость изобретательности не способен?

К счастью, развивать свою мысль мадам зазнайка не стала и, вильнув всем своим внушительным корпусом, удалилась в темноту коридора, оставив нас с ректором снова одних.

– Фух! – выдохнула я, нисколько не скрывая своих эмоций от Эдмонда. – Тот ещё фрукт ваша маман, господин ректор.

Ответом мне был острый как лезвие взгляд.

– Ладно, ладно, молчу, – примирительно подняла руки вверх. А после, снова вспомнив о насущном, добавила: – Как я поняла, теперь от меня не отстанет какой-то там попечительский совет.

Надеюсь, в этот раз вы дадите нормальную одежду, которую мне не придётся модернизировать на свой вкус!

И снова этот скрип зубов! Ах, музыка для моих многократно оскорблённых местной знатью ушей.

Ректор молча создал портал, не желая вступать со мной в пререкания. Видимо, общение с матушкой сильно подкосило его и без того не слишком уравновешенную психику. Что ж, молчать это хорошо.

Молчание – золото. Так ведь?

Я не удивилась, когда снова оказалась в знакомом кабинете, выдержанном в мужских тонах. Я даже вдохнула полной грудью, наслаждаясь запахом дорогого дерева, пыльных штор и… кажется, табака, тоже дорогого. Только не видела, чтобы ректор раскуривал трубку… Может, ароматизатор у него такой?

Мотнув головой, прогнала неуместные мысли. Сейчас мне нужно было выстоять в неравном бою с зашоренным ректором, а это требовало всей концентрации.