Последние пылинки

Дед неловко привстал с табуретки, но Настя его опередила:

– Сиди! Я сама.

Схватилась за чайник, но схватилась плохо – горячая ручка выскользнула из ладони, и кипяток хлынул на пол. Настя рефлекторно отпрыгнула в сторону, взвизгнула, отдернув пальцы. Чайник покатился по линолеуму и замер в углу, исторгнув из себя всю горячую воду.

– Не обожглась?! – гаркнул дедушка, на миг его голос окреп и возвысился. – Настя! Не обожглась?

– А? – она подняла осоловелые глаза, и только тогда почувствовала горячую боль, что разливалась под кожей.

Рукав свитера насквозь пропитался кипятком.

– Сымай! – дедушка подскочил к ней, словно в его теле откуда-то взялись силы. Потянул свитер вверх: – Сымай быстро, ну! А, Настёна, горе луковое.

Свитер Настя стянула через голову, отбросила к батарее и зашипела, разглядывая руку. Красная, но не багровая, жить можно. Щиплет только, зараза, жжет изнутри.

– Иди сюда, – дед поволок ее к раковине, выкрутил ледяную воду на полную и сунул внучкину руку под холод.

– Все нормально! – сказала Настя деду, только бы он не волновался.

Но белизна уже разлилась по дряблым щекам.

– Сейчас принесу, – засуетился дед, пытаясь обогнуть горячую лужу. Сделать это в тесной кухоньке было не так-то просто, но он управился, даже не замочив розовые тапки с помпонами. Это Настя ему подарила на первое апреля, чтобы дед не мерз. А он тогда в отместку высыпал на Настю целый пакет муки.

Хорошее было времечко…

Дед вернулся из ванной с бело-желтым куском хозяйственного мыла.

– Дед, ну чего ты, в самом деле, как наседка… Не больно даже.

– Держи сказал, а то жар в руку уйдет. А как охладит немного, намажешь мыльцем, и болеть не будет.

Настя попробовала вытащить руку из-под воды, но боль подступила с новой силой, и опять пришлось спасаться холодом.

– Это что еще такое?

И только тут Настя вспомнила, что ей нельзя снимать свитер.

Глянула на деда – так и есть.

Губы у деда посинели.

– Да ладно тебе, – поморщилась Настя, пытаясь натянуть рукав пониже. – Подумаешь, ударилась.

Дед ничего не ответил. Мрачно глянул на Настю из-под бровей, и она поежилась – плохой знак. Дед злится, ох как злится. Если быстро не погасить, то…

Поздно. Дед потянулся к пластмассовой вешалке, снял тяжелое полотенце с вышитыми подсолнухами.