Последние пылинки

В ворсинки давным-давно въелись багровые пятна от свеклы, которые Настя уже тысячу раз пыталась отстирать и содой, и порошками, и даже…

Дед взял полотенце в руку. Скрутил в тугой жгут.

Свекольные пятна почудились кровью.

– Ой-ой, – неловко улыбнулась Настя. – Дед, и что ты делать будешь? Полы протирать?

– Угу, – тяжело ответил он. – Вот только убью свою внучку-обманщицу, и сразу за полы возьмусь.

– Дед, не смей! – пискнула она и в один прыжок очутилась у двери. Засмеялась через силу. – Ну чего ты, а? Я и так ведь пострадавшая.

– Вижу. Все я вижу.

– Дед, не вздумай! – крикнула она из прихожей. – Я так орать буду, что соседи полицию вызовут!

– Пусть вызывают.

– Тебя в обезьянник посадят, как злостного нарушителя!

Он пошел следом. Дышал с трудом, с отчаянием. Комкал в руках толстый жгут.

Настя нырнула в комнату, запрыгнула с ногами на дедову кровать. Он вырос в проходе – прямые плечи, остекленевшие глаза и сжатые губы, будто и вовсе исчезнувшие с лица.

– Это жестокое обращение с детьми, – ляпнула Настя.

– Ты уже большая, Настёна. И отвечать за все надо по-взрослому.

– Дед, ну перестань, правда! – взмолилась она, отступая. – Я тебе все-все расскажу!

– А куда ты денешься.

Он выдохнул. Развернул полотенце, промокнул влажный лоб, а потом бросил тряпку на письменный стол. Присел на кровать, сгорбился и запыхтел, словно остывающий котел.

– Деда, – опасливо позвала Настя, готовая совершить невероятный прыжок и снова скрыться в прихожей.

– Ага, – тихо ответил он. – Димка, да?

– Деда, ну зачем тебе эти проблемы, потом сердечко барахлить будет, да и вообще… – забормотала Настя, но дед не купился. Оборвал:

– Дима?

Настя вздохнула. Тихонько присела рядом, обняла деда за руку.

– Дима.

Он рыкнул. Настя вздрогнула и втянула голову в плечи – не бывало еще такого, чтобы дед поднял на нее руку. Даже когда она стащила у родителей три тысячи рублей, накопленные на стиральную машинку, а потом потратила все до копейки.

Он только ругался. Клятвенно обещал поубивать всех и…

– Убью парщивца, – выдохнул дед. – Клянусь, что места мокрого не оставлю. Скот, ты посмотри на него. Дай сюда руку.

– Деда…

– Дай сказал, ну!

Она послушалась.