Прощай, Медвежья лощина

Потом княжеские дружинники прискакали и увели пособников авратов, что девушек крали. С тех пор никто не слышал, чтобы девчонки пропадали.

– Это потому, что белую цаплю утопили, – сказала Мыська.

– Ну, что ты говоришь, как можно цаплю утопить?

– А ты расспроси хорошенько наших про белую цаплю, они тебе и поведают. Вот мы и пришли.

Перед Макошкой открылась широкая улица с рядами добротных деревянных домов, покрытых искусно уложенной дранкой, очаги из дикого камня, возле каждого – женщина, рядом дети бегают.

– Хорошо живете, – отметил Макошка. – И толкучки нет.

Он вспомнил усеянный людьми берег у пристани, сотни торговцев, шатающихся тут и там дружинников, свободных от службы, путников, ждущих оказии, чтобы отплыть вниз или вверх по реке, целые семейства и обозы, случайный народ, который ищет заработка.

– Греслав сейчас здесь, – Мыська кивнула на левую половину просторного дома, разделенного на две половины, – а нам с тобой сюда.

Айка подошел.

– Отведи коней на выпас, а на вечерней заре назад приведешь.

– А справится он? – засомневался Макошка, отвязывая акинак Греслава. – Один мой Бор чего стоит. Кони боевые, послушают ли мальца?

А малец ловко забрался на спину Бора, натянул узду.

– Но-о-о-о, родимые!

Кони послушно потрусили к роще, оставляя за собой густой клуб дорожной пыли.

– У нас любой малыш с конем справится, – успокоила Мыська. – Из рощи им некуда деться, потому что с дальней стороны ограда крепкая. Волки близко к роще не подходят. А если и забредет волк-одиночка, то ему не поздоровится – одного удара копытом хватит, чтобы отправиться к навьям. А ты знаешь, что Велена – клюся из нашего табуна. Когда унотов (юношей) посвящают в воины, Общая Мать каждому приводит коня. Вот и Греславу досталась Велена.

– Ага, – согласился Макошка, – и умна, как человек. Когда мы с ней…

– Садись и ешь, потом расскажешь.

Накормив гостя, Мыська отправилась в другую половину дома, где врачевал Светояр. Макошка в ожидании вестей прилег на широкую лавку, закрыв телом акинак, и не заметил, как уснул. Он не слышал, как вернулась Мыська, как она стелила постель для раненого, как осторожно занесли Греслава, как обедал Светояр и все поглядывал в сторону спящего.