Божок

Следом появился и Авлур, один из «бригадиров» хозяина. За успешное руководство сбором дани и решением проблем с конкурентами Махмиев приблизил его к себе. И это несмотря на то, что мощный горбоносый детина не приходился ему близким родственником. Но, наверное, в каком-то родстве они всё же состояли, хоть сами и не знали об этом.

Авлур был одет в финскую фланелевую рубашку с орнаментом. Он весь блестел от золота – как и хозяин. Зубы, цепочки, перстни отражали свет люстры, рта и торшеров. На вид Авлуру было лет двадцать пять.

Он неприязненно уставился на «сутика» пустыми, чёрными, как холодные угли, глазами. Ладони его рук, поросших густым волосом, легли на ремень чёрные джинсов.

– Бери этого урода, свяжи их с девкой за ноги. А потом выкинь из окна отсюда!..

– За что?! – Сутик упал на колени. Он чуть не плакал. – Не надо… Бейте, но не убивайте! Они должны были ещё в конторе оценить обстановку… Вы же не платите девочкам, как и отсидевшие. Но меня не предупредили. Я свои деньги добавлю, только не убивайте!

– Да не убьёшься ты – третий этаж всего, – забавлялся шеф.

 – Ну, в гипсе полежишь немного. Навсегда запомнишь, как нужно выполнять заказы…

Он внезапно остыл и пнул «сутика» пол зад лакированной чёрной туфлей фирмы «Классик».

– Мы что, дураки совсем? Найдём русского, чтобы говорил с диспетчером без акцента. И дальше так будем звонить. Не люди вы, а платить людям надо. А вас давить, как клопов. Авлур, дай им по сто ударов палкой, и пусть убираются… через дверь.

Только уж на совесть всё сделай, чтобы контора поняла. Ты мои деньги до смерти будешь помнить, выкидыш.

На раз клиент попал «сутику» каблуком в лоб. Авлур, так же молча, поднял длинного парня с пола и поволок за дверь. Сверху, с третьего этажа, притащили совершенно голую Лену. Рот её был завязан полотенцем. Несмотря на это, «девочка по вызову» ещё пахла духами «мисс Диор». Худая, высокая, с мелированием не только на волосах, но на прочей растительности, она покорно двигалась за ещё одним смуглым юношей в оранжевом пиджаке.

На тонких ледяных пальцах Лены сверкали сразу два бриллиантовых кольца – с якутским алмазом и в форме галочки. Серьги были выделаны пор кручёную верёвочку, с наплавкой из белого золота, и тоже с бриллиантами. На её осунувшемся лице не осталось и следа от вечернего макияжа. Кроме всего прочего, девочку несколько раз окатили холодной водой из ведра.

Темир Махмиев сам с ней не лёг, отдал своим ребятам – если кто захочет.