Дом там, где ты…

Но от своей матери, моей дочери, а она была карымка[7 - Карымы – дети от смешанных браков бурят и русских.], и от бабки-бурятки достались тебе и волос черный, и смуглая кожа, и цвет глаз. – Старик помолчал. – Любил я очень свою Соелму – славную жизнь мы с ней прожили! Жаль вот только, незадолго до свадьбы матери твоей померла… – Он посмотрел на внука изучающе: – Ну а ты, обзавелся супружницей али нет?

– Нет.

– За чем же дело стало?

– Успеется, дед.

– Корни надо пускать, внучок, без корней нельзя. – Старик продолжительно закашлял.

– Дед, а как ты-то? – затревожился Алексей.

– Все хорошо, – ответил он. – Обычное дело. Тебя повидал, теперь и помирать можно.

– Помереть ты всегда успеешь. А вот не отправиться ли нам на рыбалку, как раньше, а, дед? – усмехнувшись, предложил Алексей.

Старик долгим изучающим взглядом посмотрел на внука.

– А что, давай и на рыбалку. Об остальном позже поговорим.

Глава 4

Закинув удочки в речку, старик и молодой мужчина молча уставились на поплавки.

– Хочешь? – предложил старик табачок. – Сам вырастил!

Алексей отрицательно покачал головой и, щурясь от солнца, бьющего в глаза, с улыбкой произнес:

– А помнишь, дед, как ты мне всю охоту отбил, когда я попробовал закурить?

– Отчего не помню, помню, – протянул дед. – Дал выкурить свой табачок до посинения.

Алексей поморщился.

– Тогда меня всего вывернуло, а потом я весь день провалялся не в состоянии встать. – Алексей, засмеявшись, добавил: – Так что и не предлагай мне своей отравы!

Старик довольно фыркнул.

– Не хошь – не надо.

Они немного помолчали.

– Вот твой отец и вовсе не пил и не курил. Честнейший человек, правды не боялся и душой не кривил. – Старик помолчал. – Твоя мать сразу как его увидела – он приехал в деревню по чиновничьим делам – так и сказала: «Батюшка, за него замуж пойду»… Да, была у твоей бабки и матери чертовщинка такая – наперед порой знали… – старик внимательно посмотрел на внука.

– Как же он все-таки женился на ней – ведь не пара вовсе?

– Женился. Как встретил ее у речки, увидел, поговорил, так и голову потерял… Я против был – что может быть у дочки бывшего каторжника, хоть и не простого происхождения, и состоятельного государственного чиновника? Да смог он меня убедить. Жизнью своею чуть не пожертвовал, когда из воды ее вытаскивал. Судорога ногу свела, и она чуть не утонула.