Дракон проснулся

Мне бы сейчас тёплую ванну, что-нибудь крепкое для успокоения нервов, и что-то мясное, жирное, с поджаркой для утоления голода.

Спать я пока не хотел, достаточно тех лет, которые мои враги прожили в сытой уверенности, что их злодейство сошло с рук.  Сначала я покараю Геранту, или оставить её напоследок?

Решу после. Геранта – её муж – король, без которого приказ не был бы отдан —и сын той, кого я некогда любил.

– Всё готово, милорд, – внутри апартаментов меня ожидала дрожащая дева, от которой пахло созревшей для погибели невинностью.

Дитя не по возрасту, а по манере держаться, одетая в бежевые тона дома Лаветт, не смела поднять на меня глаз. Белолица, худа телом, с изящными маленькими запястьями и ступнями, которые могли бы принадлежать аристократке, а не горничной.

– Я приготовила ванну, – выдохнула она, когда я приблизился и снял с нею чепец. Тёмные волны  густых волос упали на лицо и закрыли тонкую шею девы, не делавшей попыток выразить неодобрение.

Орден Огня хорошо выучил её. Две вещи могли вернуть Дракону силу быстрее прочего: его золото и девственница, добровольно принёсшая себя в дар.

– Зачем ты здесь?

Посмотрим, насколько хорошо Орден читал древние тексты! Для принесения девы в дар существовал ритуал, только соблюдение которого обеспечивало нужный эффект.

– Чтобы предать себя огню, – дева ожила и вскинула на меня тёмные глаза. Когда наши взгляды встретились, она затрепетала, но продолжала смотреть с затаённым страхом и примешанным к нему восхищением.

– Огонь не коснётся того, кто не готов, – продолжил я, следя, как она вспыхнула.

По ритуалу деву должны были отвергнуть три раза, а она предложить себя вновь, чтобы доказать преданность Ордену и покорность Дракону.

Меня больше возбуждал отблеск собственного могущества и власти, которые я увидел в её глазах, чем аромат её тела.

– Я готова. Мне минула уже восемнадцатая весна, и я сохранила себя для вас, – чуть не плача, ответила она.

Я лишь махнул рукой и прошёл в ванную. Ещё будет время на это, сначала я должен помыться.

Клан Лаветт, видимо, разбогател ещё больше с тех времён, когда я виделся с Исиндорой в последний раз. Даже удивительно, сколь многого они добились за несколько лет: ванная комната была похожа на просторную спальню, посреди которой на возвышении стояла не кровать, а изящное металлическое, отполированное до серебряного блеска, корыто на золочённых ножках.