Что это было?

Они то вставали на задние лапы, чтобы обнять друг друга, то падали на спину, выдавая свою слабость, то просто облизывали друг другу морды.

– Как дети! – Мечтательно сказал отец, а я добавил:

– И никакой фальши…

* * *

Ночью я плохо спал. Снился мне какой-то каламбур. Тут был и старый вождь, и Даша, и Ворут с вороном, и даже кот Яшка, который ушел из дома, когда сошел снег. Снился мне и дед Никифор, которого я никогда не видел. Он сидел у нас на завалинке и рассказывал мне о звездах. Ухмыльнувшись я встал с постели и подошел к окну.

Глядя на звездное небо, я произнес:

– Надо же такому приплестись…

Я очень удивился, когда в звезде, о которой мне рассказывал мой прадед Никифор, я узнал свою… Она как-то странно мне подмигнула, а я улыбнулся ей в ответ.

– Ты все знала и молчала. – Упрекнул я звезду.

Она не ответила, а только ярче загорелась на небосводе.

Во дворе завыла собака и я увидел Белку, сидевшую у калитки. Она смотрела вдаль, изредка подавая жалостливые звуки. Убедившись, что отец спит, я тихо вышел к ней во двор.

– Ты чего? – Спросил я собаку и погладил ее по голове.

Я присел рядом и переспросил:

– Ты чего не спишь, Белка?

Собака лизнула меня в лицо и проглотив слюну, устремила свой взгляд в темную даль.

Я обнял ее и сказал:

– Эх, ты, горемыка! Понимаю – сам такой…

Глава 16.

Я стоя на вершине утеса и смотрел на небо. Даже отсюда, с высоты птичьего полета, когда вековые сосны казались кустарниками, небо не стало ниже, оно оставалось огромным и высоким.

Сегодня я пришел сюда один без отца. Мне нужно было побыть одному, чтобы подумать, помолиться и поговорить с Богом перед дальней дорогой. Завтра мы с Дашей отправлялись в большое и интересное путешествие по реке, которое обещало быть не совсем легким, но познавательным. «Интересным» тешил я себя мыслью, пытаясь успокоить себя перед большой неизвестностью. Конечно, я понимал, какую ответственность беру на себя, и от этого непонятная тревога беспокоила мне душу.

– Но, как бы там не было, – рассуждал я, – все теперь осталось позади. И приготовления, и наставления в дорогу.

Теперь, находясь на вершине утеса, я просил у Бога благословения и сил, чтобы справиться с предстоящими трудностями.

Прохаживаясь по краю скалы, я рассуждал в слух, как бы заставляя себя услышать о полезности данного предприятия.

– Настало время настоящих испытаний.