Никогда. Высокие технологии, любовь и смерть в холодной стране

– Магазинчик раньше вроде побольше был, – поделился он с монументальной продавщицей.

– Половину в аренду сдали… можем вообще закрыться.

– В городе полно крупных мужиков, а вы… где хозяин?

– Приёма нет, – пробубнил маленький лысый человечек в подсобке.

– Я хочу помочь, – быстро сказал Иван.

Битый был мужик Нариман, щедро травленый отечественным бизнес-климатом. «Гигант», который удалось приватизировать в девяностые, теперь шёл ко дну: аппетиты контролирующих быстро росли. Нариман подумывал о продаже помещения.

Чтобы не упустить клиента, Иван взялся склепать «Гиганту» сайт бесплатно. Через три месяца поток покупателей вырос на четверть. Нариман повеселел.

– А ещё больше можешь сделать?

– Могу. Только не бесплатно.

Сошлись на пятнашке в месяц: поддержка, обновление текста и фото, продвижение в поисковиках. Иван агитировал за интернет-магазин.

– Сколько?

Услышав ответ, азербайджанец крепко тёр лысину:

– Знаешь, сколько я полиции отстёгиваю? А пожарке? Легче продать помещение.

…Замяукал мобильник.

– Привет, Иван! Как жизнь в России? – голос в трубке был полон солнца и плеска океанских волн.

– Отлично! А у вас там как?

Нариман смотрел с уважением: человек по-английски говорит.

– Иван, надо переговорить по скайпу. Вечером по твоему часовому поясу сможешь?

До вечера ещё было время. От Наримана Иван поехал в храм – на спевку. Добрался затемно. К громаде красного кирпича между ржавыми конструкциями и покосившимися заборами вела тропинка, вытоптанная в бурой, напитанной солярой и ржавчиной земле.

Несколько лет назад, в самые тяжкие дни, он шатался в отупении по Выборгской стороне, не решаясь ехать домой, где ждали тревожные Машкины взгляды. Посреди промзоны – заборы, трубы, колючая проволока – обнаружился храм, способный украсить любой финский город. Вокруг – потемневшие каменные плиты. Иван всмотрелся: буквы, цифры.

– Тут раньше было кладбище.

Человек был сед и коротко стрижен.

– Я так, поглядеть, – вежливо сказал Иван.

– Я отец Пётр, настоятель храма. Тут было католическое кладбище. Видите, фамильный склеп… и за забором, но там уже не наша территория, какое-то производство…

– А плиты откуда? Соседи отдали?

– Нет, это от Ленина, – сообщил священник. – В тридцать девятом кладбище ликвидировали. Недавно реставрировали памятник Ленину у Финляндского вокзала, так площадь оказалась замощённой нашими надгробиями. Надписями вниз. Мы попросили, нам отдали.