У самого синего моря

Бездумное ничего неделание сводило его с ума.

Вот и сейчас он решил, что вначале разберет снаряжение и припасы, настроит передатчик, разожжет костер и только потом пойдет купаться.

Он отодвинул домик подальше от воды, закрепил фалы крупной галькой, и торжественно дернул оранжевую веревку, открывающую баллон со сжатым воздухом.

Домик похожий на странное животное завозился под чехлом. Пыхтя и вздыхая клапанами, расправил стены, крышу и предстал перед Джоном в полном своем великолепии. Он имел двенадцать квадратных метров жилой площади.

– Это для того, чтобы их можно было рассмотреть издалека с вертолета, если они потеряются. – Сказал тогда Джон и Афелия его аргументы опровергнуть не смогла.

Дверь была то же надувной, висела на крепких пластиковых петлях, но не обладала никакими интеллектуальными способностями. Это была обычная дверь, которую нужно было открывать и закрывать.

Джон с наслаждением ее толкнул и оказался в полумраке этого чуда туристической индустрии.

– Джон! – Раздалось из-за контейнера

– Да! До-ро-га-я! – Отозвался Джон.

– Я готова!

– Я тоже… – Улыбнулся Джон.

Отдых стал приобретать оттенки первобытности, которые ему несомненно были по душе и потраченных на него денег уже было не жаль.

– Домик готов! Милая! – Радостно проорал Джон и распахнул двери, приглашая супругу обследовать новое жилье.

Афелия наклонив каштановую головку, опасаясь испортить прическу о низкую притолоку, пробралась в пластиковый полумрак. Встала за порогом, выпрямилась и… Радостно улыбнулась Джону.

–Джон, ты волшебник! – Джон часто заморгал и отвернулся. К горлу подкатил предательский комок. Ну, что же нам надо мужчинам? Денег? Славы? Больших домов и дорогих машин? Наверное, но когда уже все это есть, то начинаешь понимать, что нет ничего дороже именно этого – Ты лучше всех… Ты волшебник…

– Кхрм… – Прокашлялся в сторону Джон.

– Ага… – Настороженно отозвалась супруга.

– Я… Э-э-э… – С костром разберусь. Лодку нужно еще собрать. Удочки. Невод. И… – Афелия двинулась к Джону ближе, призывно сверкая ослепительной улыбкой.

Джон напрягся. У него сегодня выходной и отстаивать это право он был готов в любом суде мира. Однако… Афелия была столь соблазнительна.