Потусторонний батальон. Том 2. Война за дружбу

Она слишком чужая. Даже аура отличалась от земных существ и духов настолько, что прочесть что-либо, кроме мерного пульсирующего сияния, было невозможно. Существо не поднимаясь доползло на четвереньках до стола и спряталось под ним. Это всё вызывало недоумение.

До секретки я дошёл быстро. Боец, узнав меня, вытянулся по струнке. Это был тот самый, что проворонил ондатра с листком от секретной книги.

Я вошёл в кунг, поднявшись по металлическим ступенькам.

– А-а-а, захады друг! – с деланным кавказским акцентом произнёс начальник службы защиты гостайны.

Он сидел за столом и подписывал какие-то документы, которые ему подкладывали в красную папку секретчицы. Девушки дружно поздоровались и дальше продолжили перебирать кодограммы и прочие документы с нулями перед регистрационным номером.

– По радийке передали, – угрюмо произнёс я, начав разговор, – что нужен.

– Да-да, – весело блеснув глазами, ответил начальник СЗГТ, – тут тебе две телеграммки пришли. Обе нехорошие. Даже не знаю, какая хуже.

Я поднял взор, молча ожидая продолжения.

– Тебе нужно прочесать район, где наши засекли стоянку орды. К тому же в долгосрочной перспективе нужно поймать живьём одного орка и одного дроу.

– Кого? – тихо переспросил я.

– Дроу. Так решили официально именовать тёмных эльфов. А то тёмный эльф в эфире – это долго произносится. А так орк, дроу. Коротко и ёмко. Начальство беспокоится, что таких созданий никогда не было. Это вообще фантазия писателей, а тут хоп, и взаправду. Там длинный перечень сопутствующих мероприятий.

Он положил желтоватый лист на сканер, согнув его так, чтоб часть документа не была видна на копии, нажал на зелёную кнопку. Обклеенный голограммными наклейками копир загудел и выбросил белый листок. Начальник секретки быстро пробежался по тексту, потом ножницами отрезал ещё снизу, отправив клочок в заурчавший уничтожитель. На бумажке быстро разместился штампик ДСП. Для служебного пользования, не секретно.

– Потом почитаешь, – сунул майор Шаповлов листок и реестр на получение.

– Фамилию не знаешь? – уныло спросил я, гадая, о ком могла быть речь.

– Белый или Белин. Как-то так, – ответил Иван, пожав плечами и взяв очередной лист.

– Белкин, – поправил я его, а потом скривился. – Он меня кровопийцей называет.

– Это за что?

– Личное, – отмахнулся я.

– Хорошо. Тогда тебе из леса лучше не возвращаться.