Бестиата

– Говорят, Аммуган не одобряет уличных гадалок, – наконец произнесла она, глядя в сторону.

– В такие тонкости я не посвящен.

– Такое поверье бытует на Йаманарре. Но мне кажется, оно выдумано жрецами, чтобы уличные прорицатели не отбирали их хлеб. Зрячие не пускают к себе по пустякам, и жаждущим прозреть свое будущее приходится полагаться на умения тех, кто им доступен. И я не без греха, но ни о чем не жалею.

Девчонка встретила его взгляд и сжала губы, по-видимому, отбросив сомнения в том, стоит ли посвящать раба в тайну.

– Она говорила о тебе.

– Что бы то ни было, я не хочу этого слышать.

– А я не спрашиваю твоего разрешения, – ее голос посуровел. – Она сказала, я должна держать за руку северного человека, держать крепко и не отпускать. Северный человек вытащит меня из бездны, сказала она. Значит, я поступаю правильно. Уверяю, неудобств тебе это не принесет, скорее наоборот.

– Что, и в чашу со мной войдешь, госпожа?

Она посмотрела на него с вызовом:

– Если бы это спасло меня от будущих унижений, вышла бы.

Он смерил династу взглядом и усмехнулся – наверное, впервые за все время со снисходительностью. Сейчас перед ним стояла не ненавистная богачка, а просто глупая девчонка.

– О большем и желать нельзя – зверь наверняка подавился бы ядом, сунься ты ему в глотку.

– Попадись ты ему в пасть, и его ждет та же участь.

Брэнан не сдержался от ухмылки:

– Мне нет дела до твоей скорби, и тебе это известно.

– Не твои заботы. Просто делай, что тебе велят.

– Только это и слышу с тех пор, как тут очутился.

– Тогда несложно будет затвердить. Завтра – начало празднеств, ты отправишься со мной. Бой в матие назначен на вторую стражу, времени на отдых хватит. Бестии молоды и слабы. Будет легко. Самый трудный день в Эдевке – третий.

Она говорила тихо, и Брэнану, чтобы разобрать слова, пришлось наклониться. Шум на балконе надежно защищал их разговор от чужих ушей.

– И что он, этот третий день?

– Сначала вы сразитесь с бестиями, а выжившие сойдутся в бою за право представить своего династа в столице. В каждом из пяти матиев должен остаться один победитель. Он отправится в матий триумфаторов в Ауруме.

– Словно уже и не в бестиях дело.