Похищение

– Два миллиона?

– Запросто. Даже рубашку не сменит. Вот лучше посмотри: мишина книжка? – Георгий передал Насте покупку.

– Да, его, – быстро определила секретарша.

– Тогда все в порядке, не зря два "лимона" спалил. Жаль, что ничего больше не нашли, – заметил журналист.

– А я нашла, – Настя протянула ему руку и раскрыла ладонь.

– Пуговица, – сразу узнал находку Георгий. – Ну и что?

– Мне кажется, это с мишиного костюма, – ответила Настя.

– От брюк?

– Нет, от манжета пиджака.

– Нам это здорово поможет, – сказал Георгий.

"Жигули" повторили свой путь в обратном направлении, но на Красном проспекте повернули налево.

– Куда мы едем? – спросила Настя.

– На улицу Рельсовую.

– Зачем?

– Чтобы установить: кто забыл выключить твой кофейник?

"Жигули" миновали ресторан "Садко" и повернули направо. Георгий быстро отыскал нужный дом.

– Подожди меня в машине, – попросил он Настю.

– Хорошо.

Георгий вошел в подъезд и поднялся на второй этаж.

– Старший лейтенант Сизов, – представился он. – Вы Николай Иванов, хозяин квартиры?

– Я. Но мы ничего не нарушаем. Сидим тихо–мирно, – Иванов стал оседать, видимо, чтобы продемонстрировать это "тихо–мирно".

Георгий поддержал его двумя пальцами.

– Дежурили вчера?

– Так точно. За время дежурства никаких происшествий не случилось! – Николай попытался принять стойку "смирно".

Похоже – отставник, догадался Георгий.

– Мишу Полосова знаете? Фирма "Тон"?

– Так точно.

– Он вчера приходил на работу?

– Нет.

– Точно? – переспросил журналист.

– Обижаете.

– А к нему никто не заглядывал?

– Абсолютно! – бодро ответил Николай.

– Что – абсолютно?

– Никого. Ни единого человека.

– Спасибо, до свидания.

– Может рюмашку, служивый? – предложил Николай, когда Георгий отошел на безопасное расстояние.

– Что-нибудь узнал? – спросила Настя.

– Один-ноль не в нашу пользу, – ответил Георгий, заводя мотор.

– Куда теперь?

– На Ленинградскую с надеждой сравнять счет.

– Ты что, спортивный обозреватель?

– Скорее игрок.

8

Миша сидел на сыром полу подвала и развлекался тем, что изо всех сил пялился в полумрак. При таком освещении так можно увидеть все что угодно.