Плагиаторы

 – А если ты принимаешь дружескую честность за оскорбление, то ты – ограниченный и тупой обыватель!

– Я – писатель-профессионал. Это вот ты, Женя, действительно вдохновенный плагиатор, обворовывающий всех, вплоть до Льва Николаевича.

– Не трогал я никакого Льва Николаича! – заявил с площадки Большов. И, спускаясь, добавил, – а ты, ты – акробат пера, виртуоз фарса и шакал…

– Ротационных машин, – закончил Валентин. – “Двенадцать стульев”.

– Скотина, хулиган, мерзавец!

– “Похождения бравого солдата Швейка”.

– Идиот! – донеслось уже с лестницы.

– Одноименный роман Достоевского! – крикнул вслед Валентин и захлопнул дверь. По крайней мере, не придется больше сочувствовать этому идиоту. Тьфу, снова повтор!

Куницын расстроился и вернулся в комнату. Что за дурацкая манера – испытывать вину за чужую инфантильность и глупость? Видимо, это традиционная отечественная любовь к блаженненьким. Но божьи люди забыли, что их традиционное место – на паперти, а они так и лезут в писатели и поэты – упорно, без проблеска успеха, от провала к провалу, с неизменной верой в собственные таланты, об отсутствии которых им из деликатности никто не говорит.

В прихожей вновь раздался звонок, Валентин отбросил взятую было ручку. Вот удобный случай забыть о деликатности настолько, чтобы гость забыл его адрес. Куницын подошел к двери и щелкнул замком.

– Графоман недоделанный! Если ты еще раз явишься, то я возьму твою папку, сверну трубой и запихаю ее тебе в глотку, станешь пароходом и человеком!

– Что, поклонники одолели? – на пороге стоял Бровко и пробовал на изгиб кожаную папку.

– Извините, это я не вас… то есть не вам… Ходит тут один…

– Можно войти?

– Пожалуйста, – отступил Куницын. – Признаться, я вас не ждал. У вас дело?

– Я по твою душу. В прямом смысле, – Валерий прошел в комнату и стал шагать вокруг стола. С каждым кругом рука с папой отлетала все размашистей и резче, так что Валентин предпочел остаться на пороге кабинета.

– Вы ошибаетесь.

– Я навел справки у издателей.

– Они ничего в этом не понимают.

– Да?! Тогда почему они отдыхают на Багамах, а ты сидишь в съемной квартире? Потому что сильно понятливый, а, ботаник?

– Понятливый, – сказал Валентин, – и в подобном тоне разговаривать не намерен.

– Значит, типа, мы тут равные партнеры и ведем переговоры?

– Типа, – кивнул Куницын.