Ставок больше нет

Чтобы так сдавить надо обладать поистине железной хваткой!

– Моя фамилия Холмогоров! Запомни ее, придурок!.. Ты думаешь, если встретился с президентом, то дальше ты в полной безопасности?!.. Ничего не изменилось!.. Я вижу президента каждый день!.. И это ничего не значит. Это значит только то, что мы все – и в том числе теперь и ты – находимся в святая святых Кремля. Мы здесь работаем, понимаешь?..

Он легонько двинул Антона кулаком в солнечное сплетение. Рубцов согнулся пополам.

– И президент здесь работает… Понимаешь?.

. – продолжал Анатолий Геннадиевич. – Мы все делаем одно дело. Каждый на своем месте… Мы служим Родине. И ты будешь служить!.. Я забираю тебя в армию!.. Ты ведь не служил?..

– Я младший лейтенант запаса! – едва в силах говорить, сдавленным голосом прохрипел Рубцов.

– Я тебя уже разжаловал в рядовые. Потому что ты – дурак. Я же тебе сказал – ты подопытная крыса. И даже президент не в силах изменить этого. Тем более что…

– Что?.. – прохрипел Рубцов.

– Он не все сказал тебе!.

. – Анатолий Геннадиевич шипел, как змея. Правая рука его по-прежнему крепко сжимала плечо Рубцова. – Ты понял, рядовой Рубцов?!.. Президент передал тебе не весь текст предсказания. Этого чертового предсказания, которое неожиданно стало сбываться.

* * *

– Ну здравствуй! Зазнался, не замечаешь?! – Мацыгин, завзятый биржевик, владелец широко известной в кругах финансистов брокерской фирмы только что хлопнул по плечу проходившего мимо темноволосого человека с умным лицом и мягким взглядом, вводившим в заблуждение многих.

Его удивила реакция на его дружеский удар: поприветствованный отчаянно вздрогнул.

«Э-э, да нервишки у тебя не совсем в норме!» – подумал Мацыгин.

Казалось бы заурядное обстоятельство – кого нынче удивишь взвинченными нервами – показалось биржевику исполненным особого, зловещего смысла.

Темноволосый человек через силу улыбнулся, обнажив в улыбке кривые, заостренные зубы хищника. Он больше не казался добрым. Артур Гаспарян хоть и обладал состоянием меньшим, чем то, которым мог похвастаться Мацыгин, неустанно и вполне успешно догонял его по этому главному показателю, – единственному, имевшему ценность в их среде.

Денежные счета Артурчика непрерывно увеличивались.

– Что ты так неожиданно! – пробормотал Гаспарян. – Я тебя просто не видел!.. Зачем обижаешься?

Вопреки дружеским словам он оценивающе, точно впервые увидел, с ног до головы оглядел давнего знакомого.