Вуду. Тьма за зеркалом

Своего рода классика: море крови, впервые благодаря фантазии Ромео по экранам зашагали шатающиеся из стороны в сторону с вытянутыми, словно ищущими горло жертвы руками, зомби – ожившие мертвецы. Эти медленно бредущие фигуры стали открытием Ромео. Идею подхватили другие, менее способные режиссеры, и вскоре фильмы, в которых шатающиеся фигуры были основным, призванным пугать и шокировать зрителя моментом, стали размножаться. «Рассвет мертвецов» был сиквелом – продолжением предыдущего фильма Ромео – «Ночь живых мертвецов».

Гилберт вспомнил сюжет и усмехнулся: бред!.. Ну каким идиотом нужно быть, чтобы всерьез воспринимать такое: из секретных правительственных лабораторий в мир обычных обывателей попадает порошок, который оживляет покойников… «Они пришли за тобой, Барбара!»

В «Рассвете мертвецов» четыре человека забаррикадировались на торговом молле, чтобы спастись от зомби, пожирающих людей. Тоже полный бред, однако в свое время фильмы Ромео, благодаря сделанным им удачным находкам, – в первую очередь медленно бредущим, шатавшимся фигурам оживших покойников – были невероятно популярны.

И в восемьдесят пятом году он снял еще один – «День мертвых». Однако к тому времени шатающиеся из стороны в сторону покойники-зомби никого не удивляли. По «Рассвету мертвецов» еще в более позднее время был сделан римейк, но такого шумного успеха, как лента шестьдесят восьмого года он уже не имел.

14

Лувертюр не видел того, кто угрожал ему. По-прежнему он стоял, держа в руках ящик, готовясь отразить нападение.

Треск вскрываемой двери стал еще громче…

Донесся крик:

– Откройте, полиция!

Едва Джон услышал это, задергался изо всех сил, замычал, начал биться головой о пол. Глаза его смотрели на Лувертюра с мольбой.

Мулат чувствовал – Джон хочет, чтобы он во что бы то ни стало освободил его прямо сейчас. Полиция вот-вот откроет дверь и ворвется сюда. Удивительно, почему она до сих пор этого не сделала?..

Вдруг с противоположной от входа, неожиданной, стороны раздалось:

– Полиция! Откройте!.

. Вы заблокированы! Все равно никуда не скроетесь! Предлагаем сдаться!.. – этот голос, как и предыдущий, звучал грозно.

Не соображая, что он делает, повинуясь скорее наитию, чем здравой логике, Лувертюр кинулся развязывать Джона.

В первые же мгновения он сорвал с его рта клейкую ленту. Связанный пленник сделал глубокий, судорожный вдох.

– Скорей, скорей развяжи меня!.. – прохрипел он. – Здесь где-то должен быть нож для резки картона.