Райский сад дьявола

Потом Полк достал сотенную купюру и протянул ему:

– Пишите расписку… Да берите! Вы же мне раз пять сегодня повторили, что деньги не пахнут…

– Ага! – угрюмо кивнул Дрист. – Они не пахнут, когда их нет…

24. Москва. Ордынцев. «Дивизион»

Когда я вошел в кабинет аналитика Константина Константиновича Кузьмичева, именуемого в миру К. К. К., а нами для простоты и краткости нареченного Куклукскланом, крутил он по-черному Василия Даниловича Прусика, агента под псевдонимом Гобейко.

– Да откуда мне знать ее фамилию? – отбивался Гобейко.

Аккуратненький, чисто выбритый Куклуксклан, ровно причесанный, в турецком костюмчике незаметного цвета, был бесконечно вежлив и терпелив.

– Василий Данилович, в пункте пятом рекомендации по деловому взаимодействию сказано ясно: не спорь по мелочам, мелочи не должны заслонять главного! Вспоминайте быстренько – где, когда, при каких обстоятельствах вы видели милую молодую женщину, которую вы зовете Китайкой… – И защелкал клавишами компьютера.

– С неделю тому назад… – гнусил Гобейко, и вид у него был вполне эндокринологический – воспаленный жилистый загривок и глаза-падалицы, выпертые наружу сумасшедшим напором адреналина.

К. К. К. обернулся ко мне и сообщил удовлетворенно:

– Командир Ордынцев, могу вас заверить, что наше сотрудничество с гражданином Прусиком развивается вполне плодотворно. Он знает массу всякого интересного. Но он застенчив, и мне приходится втолковывать ему беспрерывно смысл параграфа второго наставления по социальному успеху: будь активен, энергичен, инициативен, не бойся эксперимента!

– Давайте, давайте, Василий Данилыч! Пора расковаться и отбросить застенчивость, – предложил я.

– Итак, Василий Данилович, мы остановились на том, что вы видели Китайку на прошлой неделе, – возвратился к компьютеру Куклуксклан.

Я спросил его:

– А где Ростова?

– Я ее погнал в картотеку.

– Костя, как только закончишь, зайдите ко мне…

Куклуксклан кивнул и снова вцепился в Гобейку:

– Давайте, Василий Данилович, напрягайте мозги, думайте, вспоминайте…

Его привел год назад Гордон Марк Александрович, сказав мне загадочно:

– Парень он, конечно, немного сумасшедший, но с явными приметами гения…

Я долго не мог взять в толк, чем гений будет заниматься у нас.