Смерть в музее

– Слушай, старик, совсем ты заморочил нам голову! Скажи толком, при чём здесь мой город и этот твой странный литературный олимп.

– А при том! – оживился юноша и хитро прищурил свои светло-серые глаза. – В вашем городе есть женский монастырь, я это прекрасно знаю.

– Ну и что!

– А то, что у меня созрел план написать художественный роман именно на эту тему. Я даже уже интригующее название придумал. Зловещие тайны глухих монастырских стен. Ну, как, побежали мурашки по коже?

– Ерунду какую-то городишь! – пробурчал Глеб, пожимая плечами.

– А, по-моему, здорово! – радостно воскликнула Адель и даже захлопала в ладоши. – Молодец, Диня, что эта замечательная мысль пришла тебе в голову!

Подбодрённый её восклицанием, Денис с жаром продолжал:

– Понимаешь, Глеб, я в этом монастыре, чует моё сердце, обязательно почерпну такой необыкновенный сюжет, что читатели, когда выйдет роман, буквально в очередь выстроятся за книгой.

– Эка, ты куда хватил, старик! Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, что у тебя за дурная привычка наперёд всё загадывать, – насмешливо бросил Глеб, но, заметив, что лицо друга обиженно вытянулось, он примиряюще воскликнул:

– Да мне то что! Поживи у нас, мать моя – человек гостеприимный.

Валяй, твори, изучай своих хмурых монашек, если тебя туда ещё пустят. Но неужели тебе, старик, не надоело изнурять себя бессонными ночами? Ведь, насколько мне известно, два твоих прежних романа ни один издатель не взял. И вся твоя писанина пошла коту под хвост. Та же участь, сдаётся мне, постигнет и этот твой роман про монастырь.

Денис нисколько не обиделся на справедливые слова друга, а лишь энергично встряхнул кудрявой головой.

– Этот не постигнет! – уверенно заявил он, впрочем, убеждая не сколько друга, сколько самого себя. -Понимаешь, тут я буду описывать жизнь необычных героев, их суровый уклад жизни и вместе с тем, как мне кажется, сумасшедшую любовь, приведшую к трагическим последствиям.

– Монастырь и любовь! Ну, ты даёшь, старик! Это же нереально! Ведь женщины затем и заточили себя в монастырь, чтобы стать как бы бесполыми существами, – усмехнулся Глеб. Фантазия друга его уже начала смешить, и он собрался наговорить восторженному Денису кучу обидных вещей, но за юношу вступилась Адель.

– Странные у тебя, Глеб, представления! Почему бы монашкам и не любить! Они тоже люди и не каждая из них выдерживает аскетический образ жизни.