Вопль плоти

Вопль плоти

Галина Клюс

Книга захватывает с первых же строк. Безработному журналисту предложили способ разбогатеть. Для этого надо было только жить в очень богатом доме, у одной красивой дамы, жены высокого чиновника, и выполнять её прихоти. Журналист согласился, и с этого времени начались у него приключения. В городе происходят ужасные вещи. Пропадают красивые девушки, их тела находят обезображенными. Молодой человек решает провести собственное расследование.

Вопль плоти

Галина Клюс

© Галина Клюс, 2023

ISBN 978-5-0051-1597-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

В этот яркий солнечный день на улице стояла такая убийственная одуряющая духота, что невольно казалось, что вот-вот и всё кругом живое просто-напросто задохнётся, не спасал даже поднимающийся временами слабый ветерок.

Собственно, к подобным вещам в этом провинциальном, будто упакованном со всех сторон уродливыми горбатыми сопками, городе все уже давно привыкли. Особенно нестерпимо воняло на крупном местном рынке, из-за этого кошмарного смрада рынок в знойные дни напоминал не что иное, как развороченное кладбище с гниющими трупами. Здесь остро пахло человеческим потом и испражнениями, застоялой в глубоких канавах водой, гнилой запах пробивался с лотков от разлагающейся прошлогодней рыбы, выдаваемой, однако, пройдохами торговцами за только что привезённую.

Ничего этого принюхавшийся ко всему Дмитрий Быстров, казалось, не замечал. Напротив, он весьма обожал время от времени бесцельно бродить по рынку, тем более, у этого молодого, всегда заметного в толпе своей неординарной внешностью человека, свободного времени было вообще уйма, а точнее, сутки напролёт, за исключением тех жалких четырёх часов (его сильно допекала бессонница), что отводилось ему на сон.

Эта бестолковая рыночная суета привлекала нашего симпатичного героя, во-первых, тем, что тут он мог просто раствориться в спасительной толпе, по крайней мере, на него здесь никто не мог грубо ткнуть пальцем, что позволяли себе многие, когда он пробовал заикаться о своих самых элементарных правах. Во-вторых, в силу своего тонкого философского склада ума здесь он мог изучать людей, каждого в отдельности.