Полюдье

— Аня могла его оставить, чтобы мы ее нашли, — сипло сказала она. — Мы должны искать дальше.

— Уже поздно, — покачал головой князь. — Стемнеет, сами заплутаем. С утра возьмем коней и поищем еще. Но ты прости, Софья Вольговна, скоро сюда съедутся со всей Борянской земли, и нам придется держать ответ.

Софья закивала. Прижала ладони с пояском ко лбу. Холодно. Замерзнут ее дети, сгинут в лесу. Как их теперь искать? Кричи не кричи — лес либо сохранит, либо сгубит. А затем зальет дождями, заметет снегом. Не найдут. Горячие слезы закапали на листья, на ягоды, согрели ледяные руки.

Софья зарыдала, и не мужчинам было утешать ее.

Весь прошлый год Ане снился князь с черными глазами.

Глава вторая. Борис

Неправда, что у тоски есть предел. Есть предел лишь у души да у тела. Как перельется горе через край — сломаются: душа станет тонкой, а тело слабым. Не поможет лекарь, не поможет знахарь, только любовь Всемогущего Господа, Целителя и Пастыря нашего.

В ночь после похорон Софье приснился муж. Он вернулся из объезда деревень, как огромная тень, понурый и недовольный.

Снял беличью шапку и бросил ее куда-то под лавку. Высокий, широкоплечий, он был из древнего белоградского рода и людей в Глинице совсем не понимал.

Вот так и жили вместе — чужак-посадник и дочка ведьмы.

Софья не помнила от него горя, но и счастья не знала. В тот миг, когда она перестала быть девицей, мир потерял все краски. Она больше не могла гневиться и расстраиваться: пламя сердца ее было заперто и забыто.

Она спросила, что случилось.

Муж взглянул на нее и сказал: «Не сидится мужикам. Разлетелись».

«Куда разлетелись?» — не поняла Софья.

«А кто куда. Ищут всё лучшей доли».

Утром Софья рассказала об этом сне отцу. Вольга Ильич почесал рыжую с проседью бороду и ответил:

— Может, это он про смердов из Листвянки. Летом у них были какие-то переделы земли.

— Это я помню, — вздохнула Софья. — Но Михаил с этим все решил. Отчего ему сожалеть?

— Плохо это, Софа, — покачал головой отец. — Не должны мертвые сниться.

Не должны.

А если снятся — потерялись их души, не нашли дороги в отчий дом. Солнца закатного так и не увидели. Если муж ее не обрел покой, нашли ли его другие?

К концу недели со всей земли в Глиницу съехались семьи погибших. Князь привез холопов копать могилы, а воевода вернулся в Рожок, следить за порядком в стольном граде. Софья выглядывала со двора, искала знакомые лица, но находила только злые. Те, кто давно не бывал в Глинице, косились на нее и шептались меж собой.