Невидимой нитью

Бросив мимолетный взгляд на парк внизу, Фрэнсис тут же отшатнулась от бойницы.

— Не бойтесь, по крайней мере, эта смерть не будет мучительной, — утешил Коллет Его Величество.

На самый верх они, к счастью Фрэн, подниматься не стали. Видимо, этаж для прислуги Людовик не считал пригодным для своей персоны. Разлив вино по бокалам и вручив один Фрэнсис, король вольготно расположился на кушетке. Девушке не оставалось ничего другого, как последовать примеру короля, и присесть на соседнюю.

— А ведь Вы своей дерзостью вызвали мое восхищение, — пригубив вина, Его Величество потянуло на новые откровения.

— Я Вам даже завидую. — От столь искреннего высказывания Фрэнсис даже закашлялась. — Сыграете со мной в шахматы?

— Я не обучена этому, Ваше Величество, — со слезами на глазах ответила девушка, пытаясь унять кашель.

— Я Вас научу, не переживайте, — король снисходительно улыбнулся, приглашая даму за стол. Поочередно он показывал ей фигуры, комментируя каждую из них. — Это король, самая ценная фигура и одновременно самая беспомощная.

Как видите, он даже ходить не может, пока ему свита не позволит. А это ферзь. В народе эту фигуру называют королевой, а я бы предпочел парламентом. Слишком много им власти. Не находите?

Фрэнсис неопределенно повела плечами, политическую подоплеку его слов она понимала плохо. А благодаря туманным объяснениям короля уже запуталась, где настоящие правила игры, а где сарказм.

— Задача пешек защищать короля, однако превыше всего они ставят желание стать ферзем. Вот и как королю отбиться от всех желающих? — Луи снова тяжело вздохнул.

— Венсенн тоже своего рода большая шахматная доска. И все кругом нашептывают мне советы, забывая о том, кто настоящий король. Государство — это я!

— Вы вправе никого не слушать, — робко вклинилась Фрэнсис.

— Это точно, но прислушиваться обязан. Выходит так, что без королевы, я тоже могу легко оказаться под ударом.

— Ваше Величество, Вы хотите жениться?

— В том то и дело, дражайшая Фрэнсис, что ни капли не хочу. Но мои советники правы, что мой двор теряет вес, который бы спас династический брак.

А мою репутацию наличие фаворитки. — Над шахматным столиком повисло неловкое молчание, которое только усугубил Луи: — Ваш ход, леди Фрэнсис.

— В Венсенне полно более представительных фигур, нежели я, — Фрэнсис покачала при этом в воздухе пешкой и поставила ее обратно на поле. — Тем более, если речь идет о том, чтобы быть приближенной короля.

— Немало, это точно, — подтвердил Людовик.