Школа фехтования

О Небо! Это всё из-за неё! Сейчас, когда Сантино так ей нужен… Что с ним будет?! Его отправят в тюрьму?! Его разжалуют?! Ведь дуэли запрещены, а Аурелио наследник графа. Сантино придётся отвечать за двоих!

Нет. Нельзя допустить, чтобы он пострадал! Она дойдёт до алькальда, она бросится к его ногам, она всё объяснит. Это ведь она, она одна причина всего!

Изабель сделала отчаянное усилие и проснулась. Она тут же вскочила на ноги и принялась двигать кровать от двери. Скорее! Надо бежать!

Выскочив из комнаты, Изабель кубарем скатилась по лестнице и выскочила на улицу прежде, чем кто-то успел её остановить.

До дома алькальда она добежала, почти не запыхавшись, по пути остановившись всего раз, чтобы спросить дорогу. Прохожий попался очень разговорчивый, и Изабель узнала, что алькальд жена, жену его зовут сеньора Элиса, и недавно выдал свою дочь, сеньориту Нису, замуж, что настроило его на благожелательный лад.

Только у самого дома Изабель остановилась, кое-как пригладила волосы и постаралась отдышаться.

К дверям она подошла степенной походкой, приличествующей девушке из хорошей семьи, и постучаться сумела со всем достоинством. Ей открыл слуга в тёмно-синей ливрее.

– Мне надо видеть сеньору Элису, – сказала Изабель решительно.

– Сеньоре Элисе не надо видеть вас, сеньорита, – отозвался слуга. – Она отдыхает после обеда, не велено беспокоить, а вас мы не знаем.

– А я прошу её побеспокоить, – сказала Изабель и перешагнула порог. – Скажите ей, что её молит о милости сеньорита Изабелла де ла Исла, дочь капитана альгвазилов Львиных островов.

– Будь вы хоть самой инфантой, сеньорита, после обеда сеньора Элиса не принимает.

– Она примет меня, даже если мне придётся простоять тут до утра!

Лакей был взбешён, но вытолкать за дверь Изабель не решился и ушёл вглубь дома, бормоча себе под нос ругательства.

Ожидание длилось недолго, но Изабель оно показалось вечностью. Оглушённая своей тревогой, она не замечала пола, выстланного мрамором, роскошных картин на стенах, витражей, сквозь которые свет, дробясь разноцветными брызгами, падал на белоснежный мрамор, резных колон и других признаков богатства, которыми дышал дом.

Но вот прозвучали шаги, и в холл вошла невысокая полная женщина, в осанке которой Изабель немедленно уловила природное благородство и грацию, даруемую только высоким происхождением. На женщине было чёрное платье без отделки и ожерелье, явно вывезенное из Нового Света. Такое могла носить только хозяйка дома.