Трое Обречённых

– Ч-что происходит? – Аталья отпрянула, сжавшись в углу в почти детской попытке спрятаться в тени. Но эта тень её не укрыла. Светящаяся змея начала расти в размерах, и вскоре свет от неё заполнил всю камеру гробницы, в которой оказалась воровка.

Змея свернулась кольцами у противоположной стены. Затем выпрямилась и взвилась, доставая головой до потолка, раскачиваясь и стреляя раздвоенным языком. Её тело источало холодный золотой свет, а рубиновые глаза пылали алым пламенем, гипнотизируя и парализуя.

Аталья раскрыла рот, чтобы закричать, но крик застрял у неё в горле.

– Тс-с, крассавитсса, – прошипел голос змеи. – Не кричи, никто не усслышшит.

Ледяной ужас сжал сердце воровки: с ней человеческим языком говорил змей, выросший из браслета, снятого с мертвеца. Она уже сомневалась, что пребывает в ясном рассудке, но всё-таки попыталась уцепиться за реальность, дабы не сорваться в полное безумие. Ладонью правой руки нащупала рукоять кинжала, заткнутого за пояс.

Пальцы стиснули богато инкрустированное чёрное дерево. Оно согревало и как будто отгоняло страх.

– Оружие, шшто носсишшь, не твоё, – шипел золотой змей. – За кражу ссвященного кинжала воздасстсся по засслугам!

От голоса змея у девушки бежал по коже холодок. Жуткие алые глаза смотрели прямо в душу. Всю сознательную жизнь воровки змеи были её главным страхом. Но этот колдовской змей навевал просто запредельный ужас, какого Аталья ещё никогда не испытывала.

– То, что я краду и оставляю себе, моё по праву, – ответила Аталья, перебарывая страх, и выхватила клинок из ножен. – Этим кинжалом владел нечистый на руку торговец запретными зельями, и в Эриду немного найдётся тех, кто посочувствовал бы его потере.

– О, ты даже не знаешшь, шшто это за клинок и откуда он явилсся, – прошипел золотой змей. – Невежесство – вашше вечное проклятие, ссмертные.

Кинжал этот происсходит из великих кузнитсс Абзу, и веками он исспользовалсся в колдовсских ритуалах задолго до того, как пали Ур, Киш и Урук.

Этим оружием призывали и поражали демонов. Оно закалено в чёрной крови и заклято могучим чародейсством. Ошшибка, шшто кинжал оказалсся в руках просстых ссмертных. Ошшибка, шшто вы оказалиссь здессь, тревожа вековой ссон… Я иссправлю эту ошшибку!

Змей надвинулся на девушку, вперив взгляд рубиновых глаз в её глаза.