Сказка винного кубка

- А ведь ты прав! За что бы мне было тебя наказывать, будь все выполнено идеально? Но не хочешь ли ты сказать, что ты умнее своего господина, а? Ты знаешь, что делают с дерзкими рабами за гораздо меньшие провинности!

- Да, хозяин. Их бьют плетьми на главной площади, запирают в клетках без еды и питья, а особо дерзких еще и лишают языка. Разумеется, мой господин, вы многократно умнее меня, ибо мой жалкий разум не смог бы придумать и десятой доли тех мучений, что вы уготовали вашим вещам.

Кентурион чуть не поперхнулся от подобной наглости, и уже было потянулся за колокольчиком вновь, чтобы привести в исполнение выше озвученные угрозы, как вдруг, мимолетно задумавшись, поставил музыкальный инструмент обратно.

- Налей же мне хотя бы вина в эту чашу, или ты и в этом мне откажешь?

- Да, хозяин, позвольте же наполнить вашу чашу, покуда злое вино не отказало вам в вашем милосердии.

Кентурион сделал глоток и снова посмотрел на пришедшего. Наверняка из новых, еще не приученных к дисциплине и порядку. Его следовало бы оставить в колодках на пару дней, а потом уже разъяснить неправоту, но винные пары действительно сыграли добрую шутку с разумом землевладельца – он резко захотел подобреть, вернуться в ту пору, когда колени не болели, а душа звала вперед, на подвиги.

- А теперь налей вторую чашу и садись за стол. – неожиданно для самого себя сказал он рабу.

- Хозяин? – на лице невольника выписалось непритворное удивление.

- Делай, что тебе сказано, и не задавай вопросы.

Раб неловко оглянулся несколько раз, будто ожидал, что в кустах спрятался настоящий хозяин, который немедленно велит скормить его псам за подобную выходку, и не обнаружив подвоха, сел в кресло напротив своего патрона.

- Как тебя зовут?

- Анастасиос, хозяин, - снова замешкавшись, поведал он, - я очень давно не слышал этого имени.

- Правильно, ибо ты, как утверждает ученый Варрон, есть всего лишь говорящее орудие труда, мало отличное от мычащих и молчащих.

- Вероятно, мне не постичь мудрости этого ученого мужа, но, чтобы сохранить эту репутацию, ему следовало бы уподобиться последнему орудию в своем списке, - вино из хозяйских погребов придало пьющему давно позабытое чувство смелости, пусть скоротечное и фальшивое.

- Анастасиос, ты ведь из Эллады, не так ли?

- Да хозяин, из одного далекого полиса, имя которого слишком скучно для того, чтобы упоминать его.