Болотная ведьма

Однажды Имме не понравился рисунок на браслете, найденном в жертвеннике после подношения. Тот был с совершенно уродливыми мотивами – вместо цветочных побегов Ниордей оттеснил вдоль полоски металла человеческие зубы.

– Зачем?

– Чтобы заполучить ее душу и тело, полагаю. Она ведь была женой коваля и могла попросить переплавить браслет.

– И вы переплавили?

– Нет, я отказался. Еще пошутил, дескать, Ниордей устал от ее ненасытности и намекает, чтобы она приходила пореже. Имма сильно переживала, но не смела отнести браслет обратно: говорила, что это оскорбление бога – возвратить ему его дар.

– И как она поступила?

– Попыталась переплавить сама.

– Получилось?

– То же, что и у тебя, – старик мрачно уставился на Алоиса. – Только кончилось хуже.

– Как?

– Я уехал в город по делам и вернулся поздним вечером, когда уже стемнело. В доме Иммы не оказалось, а из трубы валил дым, и я пошел проверить плавильню. Приближаясь, услышал зов жены, вот только голос был едва ли похож на ее собственный, словно та состарилась на многие десятки лет.

Когда я вошел в мастерскую, то обнаружил Имму обугленной дочерна: она сидела в печи, не чувствуя, как обгорает, смотрела на меня точно такими же горящими бельмами и широко улыбалась беззубым ртом… А в руках держала раскаленный докрасна, истекающий кровью браслет.

Ветимор зажмурился, стараясь отогнать образ из разворошенной памяти, а открыл глаза уже влажными. Алоис терпеливо ждал, пока старик соберется с силами и продолжит рассказ.

– Имма сказала, – начал было коваль.

– Ниордей сказал: «ее кровь на твоих руках». Говорил, что мне не стоило насмехаться над ее верой, и он наказал ее за брак с богохульником. А я и правда часто подшучивал, – виновато пояснил он.

– И что было потом?

– Черный бог покинул тело, а Имма умерла. Он вырвал ей все зубы и рассыпал по полу перед печью. Но, несмотря на это, его слова из пустого рта звучали четко и ясно…

– По-вашему, и я должен был поплатиться за богохульство?

– Возможно. На этот раз он толком не сказал ничего конкретного, только назвал тебя важной птицей.

Не знаешь, к чему бы это?

Алоис пожал плечами.

– Не связывайся с ним больше и выбрось эту штуковину, – указал старик на украшение.

Допив чай, Фабер проводил гостя, и Алоис направился в гостиницу, прокручивая в голове правдоподобные объяснения своим обожженным рукам.

Глава 3. Отрава

Близилось время ужина, когда из кухни послышались посторонние голоса, и Джереон вышел посмотреть.