Сын Моря, Сын Огня

— Научи меня. Я тоже хочу говорить с богами. Хочу узнать, чего они хотят.

Альдарик хрипло рассмеялся.

— Знаешь, у кого привычка искать ответы на дурацкие вопросы? У римлян. Любят языками чесать. Хочешь — оставим тебя завтра у них?

Фалька смутился.

— Но ты сам служишь Мадальгриму.

Альдарик резко оторвал бурдюк от губ, пролив мёд в костёр. В синих глазах сверкнул гнев.

— Я не служу Мадальгриму! Глупый морской парнишка. Что ты несёшь?

— Ты делаешь то, что говорит Мадальгрим.

— Вовсе нет. Я делаю то, что хочу сам.

Фалька ничего не ответил. Альдарик продолжал пить и смотреть в огонь. Гнев в его глазах медленно угасал.

— Мадальгрим был другим, — вдруг сказал он, — до того, как он стал Мадальгримом. До того, как я стал Альдариком. Мы были молодыми и весёлыми. И храбрыми, как боги.

Огонь плясал на его лице.

— Твой отец Вигга Туробой нагонял ужас на весь британский берег. Все бежали от него, а мы остались. Не было на то воли конунгов или вождей — просто мы решили, что так нужно. Дюжина отчаянных юнцов: одни из римлян, другие из кельтов.

И я, молодой дурень с холодного северного острова. Таким сбродом мы защищали деревню от сотни морских людей. Три дня гонялись за смертью. То ли место было хорошее, то ли богов повеселила наша удаль, но везло нам чудовищно. Мы потеряли четверых воинов, а твой отец — четыре десятка.

Альдарик провёл ладонью по правому боку.

— Здесь у меня шрам широченный. Папаша твой оставил. Я тогда ещё не заговоренный был, не бессмертный. А рука у Вигги крепкая.

.. Но к третьему дню он был измотан, а я оказался прытче. Боги, это был славный бой...

Вождь сощурил синие глаза и улыбнулся.

— Помню, их очень злил наш смех... А хохотали мы бесконечно. Во всём видели шутку. Палец покажи — этого хватит. Мы были слишком молодыми и слишком веселыми. Шли, куда дует ветер. Каждый верил, что ему уготована великая судьба. Каждый мнил себя живой легендой, а потому шёл в бой без страха. В небе разливалась весёлая песня, и без конца играла задорная дудочка.

.. Эх, Мадальгрим, старый сатир...

Альдарик умолк. Глаза его горели пламенем, и Фалька понял, что вождь сейчас видит ту старинную битву.

Он ещё долго сидел, попивая мёд, а Фалька думал об отце. Видел, как тот стоит перед деревней и слышит хохот молодых защитников. Даже отсюда, скрытый за многими зимами, Фалька чувствовал отцовскую злость. Видел его железный взгляд. Вигга Туробой повернулся к Фальке и велел ему идти в бой на хохотунов.