Братья-рыцари и камни Гроба Господня

- Какого дьявола эти безумцы делают?! – самодовольная ухмылка сползла с лица напрягшего зрение Конрада фон Штайна, но, так и не успев, как следует удивиться странным действиям тамплиеров, он вдруг осознал, что в его глазах стремительно потемнело.

Сначала он не понял причины этого, но, подняв взгляд, только и сумел, что вымолвить: «О! Господи!..» - небо над его отрядом заволокло мгновенно почерневшими тучами, которые как-то противоестественно начали вращаться вокруг невидимой оси, центром которой был он и его знаменосец.

Сила поднявшегося ветра была настолько чудовищна, что животные, против своей воли, перебирали ногами, грозя завалиться на бок и привалить собой своих седоков. Знамя пару раз хлопнуло на ветру, противно затрещало и чудом не вырвалось из рук обезумевшего от суеверного страха знаменосца, который что-то дико закричал, но Конрад, из-за свиста рвущего барабанные перепонки ветра в его криках смог разобрать лишь одно только слово: «Стрелы!.

Оторвав свой взгляд от перекошенного ужасом лица Герхарда Рутенберга, рыцарь посмотрел вперёд, в сторону кораблей проклятых храмовников и увидел, как пущенные в них сотни стрел, так и не достигнув своей цели, подхваченные вращающимся вихрем, кружатся по кругу, преследуя друг друга в хаотичном беспорядке, сталкиваясь и вертясь в безумной круговерти.

«Дьявол! Это сам Дьявол ополчился против нас! Милосердие Божие, которое выше небес, уповаю на Тебя, явись нам и спаси нас!.

- Credo in Deum Patrem omnipoténtem, Creatorem cæli et terræ… - Верую в Бога, Отца Всемогущего, Творца неба и земли…

Дочитать его до конца он не сумел, просто сойдя с ума и очистив свою память от всего, ранее содержавшегося в ней, а значит – и Символа своей христианской веры. Именно в этот момент небо над его головой разверзлось сплошной стеной ледяного ливня, настолько плотного, что он на несколько минут скрыл от него всё происходящее.

Это был восставший из ничего ужас – тот, о котором говорили священники, но что, до этого мгновения, воспринималось им лишь как обязательные для провозглашения, но ни к чему не обязывающие в реальной жизни слова, однако же сейчас, он его видел собственными глазами.

Точнее – Конрад фон Штайн не видел ничего.