Потерян в море

— Ага, еще скажи, что языка специально отлавливал в джунглях или море, — фыркнул Угорь.

— А не мог? — Тинаш также вмешался в диалог.

— Нет, конечно. Здесь, на Юкатане, до сих пор полно испанцев, а хрен с перьями говорит на местной помеси, появившейся на Карибах уже после того, как мы смешались с испанцами и лягушатниками, — уверенность Угря убедила многих, но пираты все равно посмотрели на капитана, надеясь, что он знает больше.

— Хватит на меня пялиться, — спокойно произнес Грахго.

— Капитан, вы знаете? — Коджо не столько спрашивал, сколько утверждал.

Грахго пожал плечами:

— Мекатл называл это памятью крови. Но не пояснял.

— Память крови? — голос Каттальтты и ее силуэт, едва различимый в полумраке хижины, заставил пиратов испуганно дернуться. Даже капитан моментально обернулся к ней, положив ладонь на рукоять кинжала. Но духа, который так неожиданно появился рядом, это нисколько не смутило. Каттальта задумчиво продолжила: — Я думала, это не более, чем легенды.

— Дамочка, вы меня напугали! — Угорь приложил ладонь к сердцу. — А что за легенды то?

Каттальтта лукаво посмотрела на пиратов и проговорила:

— А мне плата какая-нибудь причитается? Я не настолько жадная, как этот старик, но… нога или рука вполне подойдут.

Напоминание о сомнительном предложении дикаря, на которое капитан скорее всего согласится, согнал с пиратов иллюзию беззаботности. Они вновь невольно посмотрели на Грахго. Тот спокойно встретил их взгляды и тяжело вздохнул:

— Я не собираюсь вас отдавать.

— Не в обиду, капитан, — Угорь криво ухмыльнулся, — но мы бы и не дали нас отдать.

— И, если честно, ваши эти слова вообще доверия не вызывают, — тихо заметил Келпи.

Грахго хохотнул, чем вызвал недоуменные взгляды, но переубеждать никого не стал. Тогда Коджо вновь спросил:

— Но вы ведь думали, капитан, что такой исход возможен?

— Конечно.

— И как вы хотели его исполнить?

Этот вопрос, произнесенный африканцем, волновал всех.

— Я собирался отдать им Билла.

— Бедный Билл, — искренне вздохнул Тинаш.

Но сочувствие в его голосе капитану не понравилось.

— Тебе стоит посочувствовать себе, Тинаш, — угрожающе заметил Грахго: — а не Биллу.

— Вы словно свора собак, — Каттальтта брезгливо отодвинулась к стене.