Маки

Маки

Алиса Вишня

Он знал совершенно точно – женщина на корабле к несчастью. Все суда, на борт которых поднимались женщины, затонули или пропали без вести. И Ним понимал, почему так происходит: недаром шхуны носили женские имена – их души были женщинами. Да, у кораблей были души, и Ним это тоже знал."Мариетта", принадлежавшая Бредли, снисходительно прощала ему дам, с которыми Ним просаживал на берегу заработанные деньги. Но женщину на своем борту не потерпела бы. Свою шхуну Ним любил почти также, как Маки, и считал, что "Мариетта" отвечает ему взаимностью.

Алиса Вишня

Маки

Человек в темно-синем камзоле, указывающем, что его обладатель моряк, сидел в паланкине, и смотрел на мускулистые грязные ноги, мелькающие перед ним.

Рикша, молодой жилистый парень, мчался очень быстро, ловко лавируя среди спешащего, или просто толпящегося на широких улицах Ланимы разномастного народа, товаров, телег, и других паланкинов. Парень спешил не зря – пассажир обещал накинуть за скорость.

Ланима – город-порт, и его жители или работают в порту, или продают морякам и заезжим купцам свои услуги и товары, и умеют определять достаток и положение гостей. Молодой рикша не ошибся – его пассажир был капитаном торгового судна.

Капитан Ним Бредли только час назад ступил на грязную мостовую Ланимы, и сразу отправился по известному ему адресу, наняв самого шустрого и выносливого, на его взгляд, рикшу. Да, он спешил, спешил кое-кого увидеть, так сильно, что от нетерпения сводило скулы, и тянуло в паху. Капитан был не только высок, но могуч телосложением, и едва помещался в носилках. При этом, в паланкин еще были загружены свертки, которые Бредли старался не помять. Однако, темная грубая бумага, в которую был завернут один из свертков, порвалась, и стало видно его содержимое – шелковая ткань с алыми цветами, которые на родине моряка, в далекой горной стране звались маками.

Небо над городом заволокли тучи, и Ним нахмурился – если пойдет дождь, то свертки намокнут, чего допустить было никак нельзя.

Капитан был тяжел, поэтому рикша быстро устал, и замедлился, к неудовольствию Бредли. Однако, менять транспорт Ним не стал, а предался воспоминаниям.