Потерян в море

Отверженный же, напротив, был приятно удивлен открывающимися возможностями. Никакие сомнения и страхи не терзали могучее тело. Для него все было предельно просто: он сам — сосуд, собирающий и хранящий силу; нити, пронизывающие всех — проводники; а капитан — механизм, направляющий в него эту силу и черпающий ее обратно. Мог бы Грахго существовать без корабля? Отверженный был уверен — да. Он бы нашел иные источники и проводники, ведь сама суть «механизма» осталась бы в капитане. Смог бы Отверженный жить без Грахго? Нет.

Он стал бы просто ящиком, судьба которого сгнить рано или поздно. Поэтому фрегат так страшился возможности быть брошенным.

— Простите, капитан, если не оправдал ожидания, — Морган усмехнулся.

Только после этого Фанатик понял, что молчит слишком долго, разглядывая боцмана с удивлением и неверием. Он и забыл, когда в последний раз терял контроль над своими эмоциями. Дернув подбородком, капитан бросил быстрый взгляд на юнгу, что разглядывал стены каюты.

«Им можно доверять, ” — Отверженный перестал рыскать в своих воспоминания, в поисках Кальдерона, и вновь стал полноценной частью диалога.

Грахго мнения корабля не разделял. Доверять можно только себе. Жизнь принесла ему столько уроков, что хватило бы с лихвой и на всю команду. Какие-то из них стерлись по прошествии лет, другие горели в памяти ярко. Но Фанатик знал: уроки получал не только он. Все его люди прошли путь не легче его собственного. Это озлобило их, сделало хитрее. Также, как и его, научило доверять только себе.

«Ты ошибаешься.

Волей неволей, но доверие у них есть. Не у всех, но у некоторых. Например, Саром. Как бы сомнительно это не звучало, но тебе, Моргану и немного Эру он доверяет.»

— Ничего, Морган. Я просто устал.

Облокотившись локтями о колени и поглаживая пальцами стекло бокала, Фанатик посмотрел в распахнутое окно. Свежий воздух дарил облегчение, ласково касаясь волос.

— Что произошло? — Грант, чуть прищурившись, разглядывал капитана.

— Экспериментировал, — легкая усмешка и вот Грахго вновь поднял взгляд на Моргана.

— Не заставь меня пожалеть о том, что я не последовал примеру капитана Ортега.

— Знаете, капитан, мне говорили, что головорезы Ортега были под стать ему. Но не надо судить всех по себе и им. Другие умеют быть благодарными и преданными, — Морган скривился. Оглядел еще раз капитана и произнес: — Мне надо проследить за попугаем. Я передам ему, что вы не можете принять сейчас.

Наблюдая, как боцман покидает каюту, Грахго ощущал целую бурю эмоций.