Король русалочьего моря

— И прими в знак клятвы артефакт, хранящий землю Восточной марки — державу Рудольфа!

С отчаянием обреченного маркграф поднял шар над головой — и тонкие, затянутые в черную кожу пальцы Магистра схватили его, сжали, и Эрнсту, хорошо знакомому с их нервной силой, подумалось: не раздавил бы.

— Я принимаю твою клятву, службу твоего народа и твою землю в свое вечное владение, — гулко, как колокол, отозвался низкий голос.

И тут же, будто от этого шара, сжатого властной рукой, разошелся невидимый глазу прилив — волна незримой, но неодолимой мощи окатила их всех, и воздух вновь покорно стал свежим, легким и весенним, успокоилась окованная камнем река, и прояснилось небо.

Стоявшие внизу люди и вовсе не дрогнули, хотя и действительно, подумал Эрнст, что им, глухим и слепым без Дара, до истинной силы и власти?

Маркграф осел на пол, не в силах — или не желая — подниматься, только голову уронил на грудь.

— Вы свободны, — произнес Магистр.

Тут же — откуда только взялись и силы, и желание! — грузный человек на полу вскочил, нижайше поклонился и умчался прочь.

Их господин проводил его взглядом и беззвучно рассмеялся, подбросив тяжелый серебряный шар вверх и лихо прокрутив его на пальце, как дворовый мальчишка. А потом бросил его в сторону, не глядя — и так же не глядя, не отклеиваясь от косяка, сутулый седой человек поймал его.

— Неплохая штука, — оценил он, постукав по ней пальцем; Эрнсту подумалось, что и на зуб попробует, так, на всякий случай. — Теперь что?

Магистр широко улыбнулся, и у Эрнста вовсе от сердца отлегло — похоже, все-таки доволен.

Значит, можно подать голос.

— Моравия? Или вы хотите уже на запад?

Магистр стремительно повернулся к нему, будто только вспомнил, что он здесь, и пока еще не определился, не угроза ли он. Мерзкая привычка; Эрнсту понадобилось семьдесят лет, чтобы научиться не отшатываться, когда он так делал. Магистра это, похоже, забавляло — когда не раздражало; впрочем, сегодня его реакции можно было не бояться.

Черт тебя подери, подумал Эрнст.

Я кавалеристов Мюрата встречал не дрогнув, я и перед смертью не хныкал — а тебя…

— Можно и на запад, — покладисто ответил Магистр. — Почему бы нет. Академия Трамонтана, пророчество... Не пора ли нам собирать камни, Менги?

Седой хмыкнул, блеснув синими глазами.

— Ваша воля, мессир.

— Какое пророчество? — рискнул поинтересоваться Эрнст.

— Хотя, — не слушая, хотя наверняка слыша, продолжил их господин, — лучше бы сначала разобраться с артефактом Иберии.