Король русалочьего моря

— Что это ты читаешь?

Ксандер осторожно свернул свиток и отвернул начало. Адриано прочел имя, беззвучно шевельнув губами, и дернул плечом — ему оно явно ничего не говорило.

— Ван Гельмонт дал?

Ксандер кивнул.

— Для этого вашего задания?

— Не совсем, — признался Ксандер. Сейчас, после прочтения выкладок Иоанна, ему подумалось, что впрямую просить что-то у ван Гельмонта будет бесполезно, и даже удачно, что он этого не успел: что бы там ни было с алхимией, простую химию профессор тоже знал и наверняка бы понял, что к чему.

С другой стороны, где было взять чертов папоротник? Да и брионию, если на то пошло?

Он достал из кармана листочек и бережно его разгладил, изучая свой набросок брионии, но как бы он в него ни всматривался, вспомнить, где он его видел и видел ли вообще, ему не удавалось. Увлеченный этим процессом до рези в глазах, он краем уха услышал, как кто-то тихонько стучится в дверь, а потом — как дверь открывается.

— Извини, — сказал из-за его спины негромкий голос Одили, — я брата искала.

Ксандер оглянулся и понял, что пока он медитировал на брионию, Адриано и в самом деле куда-то выскользнул, но судя по тому, что ничего не сказал, вряд ли далеко.

— Сейчас вернется. Заходи.

— Постараюсь не мешать, — заверила она, глянув на набросок. — Чем занят, Ксандер Молчаливый? Бриония? Это для медицины?

— Ты ее знаешь? — удивился он: Одиль ему казалась достаточно далекой от дела излечения человеческих тел.

— Конечно, — жизнерадостно отозвалась она, осторожно беря в руки листочек, словно он был стеклянный.

Ксандер замер. Перед его внутренним взором ярко встала картинка: вот Белла пьет им приготовленную дрянь, падает замертво, а его доставляют пред суд Альба, скорый и милостивый — в том смысле, что к ожидающему его бесспорно аду его со всей милостью основательно подготовят. Хотя, если подумать, на одну псину в проклятой семье меньше…

— А ты откуда это знаешь?

— В моем роду, — бледные губы венецианки тронула легкая усмешка, — принято разбираться в ядах.

— И часто… пригождается?

— Учат же мальчиков фехтовать, — пожала плечами Одиль. — И как — часто пригождается?

— Нам с Адриано пригодилось, — заметил Ксандер.

— Здесь — да, а в жизни люди все-таки нечасто шпагами машут. А с ядами, — она опять чуть улыбнулась, — все наоборот: в Академии оно может и не пригодиться, а вот в жизни бывает всякое.